Тайна Пушкинской улицы

Сколько Славик не вертелся, Ян был далеко, а на ободке чаши крохотный, зелёный лягушонок смотрел на человека немигающими, внимательными глазами.

Шлёпнув по воде лапой, он бросился в траву, а оттуда дальше, на автостраду, под колёса несущихся машин.

– “Только бы не раздавили”, – подумала Славикова голова, удивляя хозяина ходом мысли. Раньше ангел–хранитель никогда бы не обратил на это внимания.

Глава 31 Прощай, шкура зеленая, здравствуй, пятачок

Прощай, шкура зеленая, здравствуй, пятачок

где влюблённые становятся близкими людьми, а Елена почти счастлива

В прихожей раздался звонок и одновременно с ним, прозвучал телефон.

Разрываясь, куда прежде идти, Вадим направился к двери.

– Это я, Славик, – исправно записывал автоответчик после стандартного предупреждения. – Расскажу – не поверишь. В общем, надо встретиться. Буду дома.

Вместе с отбоем открылась дверь. На пороге стояла Оксана. Живая – невредимая. Прекрасная как никогда.

От неожиданности Вадим отступил. Проговорив "проходи", он скрылся в одной из комнат и принялся натягивать спортивный костюм, подвернувшийся под руку. Всё лучше, чем встречать в банном халате.

– Я сейчас! – ещё раз прокричал хозяин квартиры, через минуту показавшись. – Как ты узнала адрес?

– Меня Анита привела, – улыбнулась девушка.

Чувство не комфорта наступило немного позже, а пока Вадим не переставал целовать возлюбленную.

Теперь она стала более, чем когда-либо близка, ощутима, и уже не было нужды в очках, чтобы это увидеть…

– Я буду любить тебя всегда.

До конца Вселенной.

– Почему Вселенной? – шёпотом спросила невеста.

Вадим коснулся мизинцем любопытного носика.

– Потому что пока жива Вселенная – живы мы. А дальше я не знаю. – Он обнял любимую.

Ещё немножко девушка подумала о том, что сказал Вадим. Об огромных, неизвестных пространствах с их удивительными неразгаданными тайнами, об антигравитации, о мирах, что волновали всех мыслящих людей на планете Земля.

А после стало щекотно…

Когда Оксана вышла из ванной комнаты, она тихонько присела на краю дивана и, помедлив, попросила обсудить ещё кое-какой вопрос до свадьбы.

– Я должна тебе рассказать, – начала она. – У меня в детстве были две канарейки. Даже яички высиживали, и птенцы вылуплялись. От них был очень сильный запах. Ты понимаешь, почти как на птицеферме.