Запредельность

Старик оглядел стены, заметил Алека и радостно хлопнул ладоши. Потом разразился длинной тирадой на каком-то своем языке.

«Помогите мне», — прошептал Алек. Он действительно произнес это или слова прозвучали лишь в его голове? Но старик как будто его услышал, подошел ближе и протянул ручищу, которая закрыла весь мир.

— Замечательно, — послышалось знакомое шамканье. Все вокруг перевернулось, парня замутило, и он понял, что его подбросили на исполинской ладони. — Просто замечательно. Будешь у меня вот здесь…

Алек пронесся по воздуху и вновь оказался на стене в своей круглой золотой клетке.

Он мельком увидел свой застывший профиль — нос, подбородок, надбровные дуги, — отраженный в черных глазах под кустистыми бровями.

— Ничего, золотце, — насмешливо протянул старик. — Привыкнешь. Все привыкают — а куда деваться?

Оглядев свою коллекцию, он вышел из комнаты, и свет начал медленно, очень медленно гаснуть, пока не стало совсем темно.

СТОПТАННЫЕ БОСОНОЖКИ

Часть первая

Автобус сильно тряхнуло на кочке, и Адриана проснулась.

Еще в полудреме она потерла ушибленный висок, потом глянула в окно. Опять лес.

Они ехали уже вторые сутки, и это было очень утомительно. Не из-за узких неудобных кресел — Геннадьпалыч шутил, что гимнастки могут удобно устроиться даже в коробке из-под конфет. А вот пейзаж за окном навевал тоску: бесконечное зеленое полотно деревьев, иногда прерываемое деревеньками.

Рядом, через проход, лежала Илона: ноги на спинке кресла, голова свисает вниз. Увидев, что ее соседка проснулась, она негромко сказала:

— Я так устала, что просто хочу домой.

Ну его, этот замок.

— Через три часа ты забудешь об этих словах, — усмехнулась Адриана.

— Через три часа вся кровь прильет к моей голове, и я либо умру, либо превращусь в летучую мышь. Я бы, наверное, предпочла стать мышью. Вы с девчонками будете спать в замке, а я прилечу и начну биться крыльями в окно. Представляешь, сколько будет визгу? А я зловеще рассмеюсь. Интересно, летучие мыши могут смеяться?

— Вряд ли.

Тут стали раздавать чай, и Илона мгновенно перевернулась, забыв о своих планах по перевоплощению. Чай был дешевый, в жалких мятых пакетиках, но все очень оживились, потому что это вносило хоть какое-то разнообразие.

Затем девичья компания решила примерно в сто тридцать пятый раз сыграть в мафию, потом в дурака. Получалось вяло и заторможено: козыри все время путались, а коварные «мафиози» то и дело забывали «проснуться», чтобы нагнать страх на «город».