Запредельность

— Да что там, звони в любое время.

Снимок с качелями Дора забрала к себе в спальню и поставила на туалетный столик. Почему-то именно эта фотография тревожила ее больше всего. На обороте были выведены строчки:

«…В единой горсти — бесконечность,

И небо — в чашечке цветка».

«Изречения невинности» Вильяма Блейка. Почерк ее — наверное, она любила это стихотворение. Но на фотографии не было ни единого цветка.

Дора опустила голову на подушку. Почему-то она не ощущала больше щемящей внутренней пустоты и оцепенения.

Прежде чем заснуть, женщина почувствовала легкое покалывание в пальцах.

Все верно. Она ухватилась за нить.

* * *

Еще не было двенадцати, а они уже сидели за столиком в старой кафешке — их извечной тихой гавани, где стены, подобно дневнику, хранили множество мыслей и секретов. Снежана сосредоточенно рассматривала лунную шапку капучино, потом проковыряла ложкой несколько кратеров и, наконец, произнесла:

— Все-таки забавно, что ты об этом вспомнила.

— О привидениях? — уточнила Дора, стараясь, чтобы ее голос не прозвучал слишком серьезно.

— Нет, о привидениях разговора не было. Я имею в виду всякие мистические штуки. Не могу сказать, что ты занималась чем-то подобным, это вообще не в твоей натуре…

— Не в натуре. Вот оно как.

— Понимаешь, люди, склонные к мистике, обычно одержимы какой-то идеей. А ты никогда не была одержима. Ты просто жила — тихо, неторопливо, размеренно. Даже собираясь за город на съемки, ты обычно говорила: «Я еду созерцать».

Созерцать! Слово из арсенала безмятежной кошки. Ну и какая тут мистика, какая охота?

— И все-таки, ты пригласила меня сюда.

— Верно, — согласилась Снежана. — Потому что мне вспомнился один наш диалог. Пару месяцев назад мы с тобой болтали за чаем обо всем понемногу. Я говорила о том, что в истории человечества теперь вряд ли будут какие-то невероятные открытия — вроде «Земля не стоит на трех китах» или «до нас тут жили гигантские ящерицы».

Все, что можно было узнать, уже узнали, и теперь вся наука уйдет в совершенствование моделей телефонов и пластическую хирургию. А ты вдруг улыбнулась и сказала: «Человечество может еще очень удивиться. Что, если у нас под носом существует целый мир с иными порядками?» Я спросила, как это, но ты лишь пожала плечами и перевела разговор на другую тему.

— И чем тебе так запомнились мои слова? — не поняла Дора. — Болтать можно о чем угодно.