Король, которого нет

Гибкие полупрозрачные тела полоскались в воде вместе с ветками ивы и были цвета воды, а вода — цвета пасмурного неба. Может, это они из зимы такие вышли? А пригреет солнышко, заголубеет река, зазвенит степь — и распахнется душа?

Марджори подняла голову и поняла, что весна не придет никогда. Так и останется в мире ветер и мелкий колючий снег. И смертное отчаяние неприкаянной души, которой и надо чего-то, а чего — бог весть. Проклятый апрель.

Умереть...

Шааа! Это не ко мне! Я вам не принцесса на горошине.

— Эй, — сказала Мардж.

— Привет, красавицы. Чего это вы малахольные такие, как в воду опущенные? Ну то есть...

Речные девы переглянулись. Будь Мардж мужчиной, они бы наверняка попрятались, а вышли б только при свете луны. Но Мардж была женщиной, живой, молодой, да к тому же еще и красивой, вполне подходящей, чтобы потрындеть с ней о своем, о женском.

— Вот, — сказала одна, — доставая из-под корней ивы подмоченный и обтрепанный модный журнал «Эльвиэолла» года так позапятидесятого.— Мы доселе жили и не тужили, как вдруг прочли, что целлюлит — это стыдно! Такие ли мы были прежде?

— А с чего вы стали другими?

Они бы покраснели, если б в них оставалась жизненная сила или если бы вода была более теплой.

— Мы все, что тут предписано, делали. Гидромассаж, водорослевые компрессы, песчаный пилинг, диета без соли, без жира, без углеводов. Всю зиму, чтобы весна — а мы красивые. Ну и вот...

Речная дева пошарила рукой в воде.

— Истерлись мы, — призналась она с подкупающей откровенностью. — Сделали антицеллюлитное обертывание перед сном, как сказано, ну а спим-то мы всю зиму.

Проснулись — и вот. Выше пояса так, как вы видите, а ниже... начисто. Как и было обещано, убавили в весе вдвое. Вся нижняя половина перешла в потусторонний мир. В параллельную реальность.

Вряд ли эти помогут. Им бы самим кто помог. Будучи знакома с Чиной Шиповник, Мардж прекрасно помнила, какого мнения об индустрии рекламы и шоу-бизнеса придерживалась та, кто увязла в нем по уши. «Помогает ли? — Да кто ж его знает? Разве у меня был когда-нибудь целлюлит?»

Вот не удивлюсь, если в этом журнале как раз Чина на развороте!

Поднявшись к куче своих камней, Марджори Пэк не нашла кучи.

Словно бы та здесь и не ночевала. Вместо кучи ей осталось пятно, пролежанное на прошлогодней траве некоей габаритной тушей, и еще — глубокая борозда в том направлении, куда, по-видимому, удалилась туша.

Грызя на ходу сухарик, Мардж скорым шагом двинулась следом. Борозда была — знак. Она указывала направление.