Проклятые места

Вокруг Мьёла вскипела чёрная вода. Колдун направил поток по берегу к реке Говорливой, и он скрылся в воде. А Мьёл через минуту с облегчением сообщил:

– Ничего не сломаем. Под водой нет защиты, а в острове полно трещин. Посмотрим из-под воды.

Жьюза наблюдала за ним с явной завистью – соскучилась по родному речному колдовству, сыскной работе... да и по жизни тоже. А матушка Шанэ не сводила глаз с призрака – как бы чего не выкинула, не зря же когда-то в лечебницу попала.

– Кто он? – спросила матушка осторожно.

– Кто тот южанин, который нашёл тебя и сделал помощником? Это ведь было после того, как лечебницу смыло? Ты погибла и стала призраком, а он увидел тебя и предложил дело?

– Почему же именно он? – хмыкнула Жьюза. – Может, она. Может, такая, как ты.

– Я знаю, как работают мужчины и как работают женщины, – улыбнулась матушка. – Грубоватая работа, спешная. Женщины, даже если торопятся, всё делают аккуратнее.

– Понятия не имею, кто он, – призрачная сыскница пожала плечами.

– Какой-то старик. То ли он жил здесь, на Семьдесят Первом острове, то ли в гости приезжал, но нашёл меня быстро. И уговорил тоже. Я не сумасшедшая, душенька. Я иссякла, но спятить не успела – внуки быстро определили куда надо и правильно сделали. Я много работала, чтобы принять правду, приучала себя жить без силы... А ведь ещё полгода – и меня бы выписали. Да, не на работу, но дома и без силы хорошо.

Матушка Шанэ сочувственно кивнула. Мьёл по-прежнему молча работал, и вокруг него разбегались ручьи – новые стремились к реке, старые возвращались с «добычей» и змеились по узкой тропе.

Колдун почти закончил, когда из протоки вынырнул довольный рыжий кот с письмом в зубах. Фыркнув, он вразвалочку подошёл к матушке Шанэ и поднял довольную морду: забирай, мол.

– Спасибо, милый, – матушка поспешно развернула письмо и вчиталась в торопливые строчки.

– Иххо? – вопросительно посмотрел Мьёл.

– Да, – матушка Шанэ аккуратно сложила письмо. – Мы не ошиблись. Иных призраков, кроме душ казнённых островитян, здесь нет.

Жьюза быстро глянула на заклятье правды и прошипела:

– Обманул, тварь...

– Ну-ну! – прикрикнула матушка. – Грешно оскорблять тех, кто уже не может тебе ответить. Грешно и низко. Возможно, колдун ничего о кладбище не знал, только об обрушении лечебницы. И на всякий случай защитил людей от вероятной беды.

– Показываю? – вмешался Мьёл.

– Да, сынок, будь добр.

Чёрные ручьи слились в большую лужу.