Год Собаки I. Среди Теней. День 1-3

Она приняла зубочистку двумя пальцами:

— В этой модели чего-то не хватает…

Я смотрел на Ма, улыбаясь. Она уже все поняла.

Или знала?

— Маги… — сказала она. — Влияют на вероятность. Изменяют результат.

Ма взяла три кубика салата.

Красного перца, брынзы и огурца. Положила на салфетку возле зубочисток.

Абуминог поднял указательный палец вверх.

Затем повернул зубочистку, как стрелку компаса. Теперь она указывала от креветки в другом направлении.

— Зеленый модифицирует вероятность и результат. — Илья проткнул зеленый кубик, креветку и дальнюю оливку.

Протянул мне угощенье:

— Маг нанес обманный удар отравленным клинком.

И серьезно добавил:

— Вы ранены, вы проиграли… Вы умираете.

Я вздохнул и принял канапе.

Абуминог даже не представлял насколько был близок к истине.

— Магический поединок… — сказал я.

И соединил желтый и красный кубики новой зубочисткой.

— Маги борются за влияние на исход поединка. Создавая друг для друга негативное будущее и ослабляя вероятностными ударами.

Посмотрел на друзей.

— Желтый пропустил три удара, потерял влияние на вектор и проиграл.

Я снял с кубиков зубочистку и наткнул три оливки вероятностных ударов, затем желтый кубик мага, креветку события и последнюю оливку результата.

Протянул Ма:

— Убит… Красный навязал свою волю и свой результат будущего.

Канапе осталось нетронутым. Я какое-то время держал его в воздухе, а потом положил на тарелку.

Ма с абуминогам смотрели на опустевшее поле битвы.

— Жалко желтого… — сказал Илья.

Я взял с салфетки последнюю зубочистку, наткнул подряд несколько оливок, а сверху красный кубик мага.

Отдал ее Илье:

— Красный получил свою порцию вероятностных ударов… Ни один не исполнился. Маг вернулся в момент «сейчас»… Живым…

И добавил:

— Теперь можно есть.

Абуминог рассматривал столбик оливок, увенчанный красным кубиком.

— Это ты… — Он глянул на меня, а потом на сестру. — И ты…

Забрал у нас канапе, снял с них креветки и быстро слопал оливки с кубиками салата.

— Вкусная демонстрация! — удовлетворенно проговорил абуминог. — Особенно вероятностные удары.

Ма тихо смеялась:

— Хитро…

До меня, наконец, дошло.

— Ты затеял целый спектакль ради оливок? — изумился я, пытаясь осознать абуминогово коварство.

И отдал Илье их все:

— Браво…

Абуминог выхватил газету из пачки свежей прессы, что принесла Ма ранним утром.

Торжествующе бросил в центр стола:

— Кто бы говорил про спектакль! — воскликнул Илья.