Серёга и мясорубка

И Серёга открыл файл на первом попавшемся куске, не давая Рыбке возможности прокручивать текст или перейти к началу. Рыбка начала читать то, что ей показал писатель-подпольщик, пока не поняла, что текст закончился. Вот только что перед её глазами разворачивался этот ужас, один миг – и уже заставка рабочего стола.

«…Для чего, к примеру вон тот зритель пришел в цирк? Увидеть животных, которых пытают железом и хлыстами вам на потеху? Или же как акробат совершает ошибку и летит вниз, ломая кости? А может, он мечтает посмотреть на клоуна, которого бьют и унижают, как бы в шутку? Точно! Что может быть забавнее, чем видеть человека в скотских условиях! Смотреть, как кто-то цепляется за жизнь даже в тот момент, как она его уничтожает.

Но обидно не за вас, а за ваших детей, которых вы водите сюда, с самого детства показывая им жестокость. Обидно, что людей, которые не добились ничего по тем или иным причинам, считается нормальным втаптывать в грязь! А они терпят, терпят ради своего жалкого существования, потому что боятся смерти, и одновременно хотят ее. Жаждут, но боятся.

Глава 3. Сладкий миг.

Я выхожу на сцену. Я тут новенький, впервые выступаю в этой роли. Развожу руки в стороны. Давайте встречайте меня, аплодируйте, поддерживайте! Вы хотите шоу? Я хочу шоу! И вот он я, перед вами. Что же я буду делать? А чего вы хотите? Может, чтобы на меня упала гиря? Или для начала стоит глупо покувыркаться по сцене? Точно! Знаю! Я достаю револьвер из необъятных штанов. И начинаю целиться в случайных зрителей.

Ага, револьвер не выглядит клоунским, он чертовски настоящий! Зрители первых рядов даже видят пули в барабане.

-Уважаемые уроды и скоты! Давайте сыграем в считалочку. Кто-то из вас хочет сыграть в считалочку? Да мне по барабану! – Треск раскрученного барабана неожиданно услышан всеми. Но нет, это не русская рулетка, полны все гнёзда.

Ах, какой восторг видеть столь чудные выражения лиц! Ах какие гримасы ужаса и страха! Под дулом пистолета люди становятся собой, сразу начинаешь видеть кто, есть кто.

Одни закрываются другими людьми. Вторые прячутся за колонны или стулья. Третьи попытались было рвануть к выходу. Но я застрелил двоих таких, они несмешные. А теперь тишина в зале. Меня слушают, так-то лучше. Приятно, когда ты начинаешь приобретать вес в глазах людей.

- Восемь, семь, шесть, пять, я иду тебя искать! Четыре, три, два, раз! Я убью тебя сейчас…

Считалочка оборвалась на толстом мужчине, солидном на вид, в дорогом сюртуке, его лицо выражало гнев.