Полнолуние для Магистра

Вместо памяти какие-то куски остались, причём не из-за того, что времени много прошло; нет, они ещё тогда образовались, эти кусочки с ничем не заполненными пустотами. Хорошо помню, как летела вниз, как, несмотря на темноту, отчётливо видела стенки колодца: кладка всё тянулась, тянулась, а кое-где в ней зияли дыры от выпавших кирпичей… Помню, кувырнулась в воздухе, глянула вверх… где-то там далеко крохотный круглый кусочек неба, словно зеркальце. А прямо на меня летит, и всё ближе, ближе это самое проклятое деревянное ведро.

И дно у него сухое. Должно быть, там, наверху, я сперва за ним потянулась, перегнулась через край больше, чем следует, да и ухнула вниз, а ведро сорвалось крюка. А теперь, получается, догоняет, летит мне в лоб. И всё, дальше – пустота. Потом вижу себя на краю колодца, на самом бортике. Сижу, ноги наружу свесила, мокрая, как мышь, вода с меня течёт… и зуб на зуб не попадает от холода. А солнце жарит, как на юге».

«А потом?»

«А что – потом? Признаться в преступлении побоялась, своим соврала, что ходила с мальчишками лягушат ловить и шлёпнулась с моста в пруд. Надо же было как-то объяснить, почему я насквозь сырая и сандалию потеряла! Потом Лерка эту сандалию из бадьи выудил. Ему, как «большому» и как «мужику», разрешалось по воду ходить. Ох, он меня оттаскал тогда за уши! Но папе с мамой не сдал. Яша…»

«Да, Ликуша?»

Она оглядывается. Почему-то их со старым филином, бабушкиным любимцем и верным другом, занесло в деревенский дом, который – Лика доподлинно это знала – давно продан, снесён, и теперь на его месте красуется новомодный сруб.

А вот поди ж ты…

«Яша, а как это получается, а? Мы здесь, у бабушки, и ты – живой… Это сон, да? Фу ты, конечно, сон. Филины ведь не разговаривают, но я почему-то об этом забыла».

«Филины не разговаривают. А вот скроухи – да. И даже мыслят. И могут многое, о чем ты даже не подозреваешь: например, являться людям во сне.

Тут ты угадала, Ликуша. А потому – не ищи Василису Фёдоровну, не надейся зря: это не тот свет, а, к сожалению, только сон. Я бы сам хотел с ней повидаться, но увы: скроухи живут гораздо дольше людей…»

***

А ведь это было! Сон ли, бред, видение ли… Долгий и, не оставляло ощущение, что очень важный разговор со старым умершим филином на давно не существующей кухне.