Холодный свет

В два мы вернулись в дом, согрелись, наблюдая за тем, как по экрану телевизора проносятся любимые папой гоночные машины. 

Саня пребывал в задумчивости. Он ждал. В четыре пришло время обеда. Мама зажгла свечки на торте и в этот момент в дверь позвонили. Все вздрогнули. 

– Это он, – испуганно и обрадованно сказал брат, поднимаясь из-за стола. – Он принес подарок. 

–Подожди, – осадил его папа. – Давай я открою, а там посмотрим. 

Я тоже встала. Мы пошли к двери втроем. Мама смотрела нам вслед, и у нее было такое выражение лица, как будто она сейчас расплачется.

В прихожей царили прохладные пыльные сумерки. Отец открыл дверь. В дом ворвались белый свет и холодный зимний воздух. На крылечке стоял незнакомый человек. Не Валттери Лайне. 

– Я звонил несколько дней назад, – сообщил он. – Вы сказали, что к Вам можно подъехать в середине дня в любой выходной. 

– А, – вспомнил папа, – вы тот врач? Здравствуйте, проходите.

–Добрый день, – ответил мужчина. – Я скорее биолог, но можно сказать, что врач.

Он неуверенно переступил порог. Его взгляд на секунду остановился на Сане, потом уперся в пол. Папа обернулся к нам. 

– Это… это будет скучно и не слишком долго, – сказал он. – Возвращайтесь за стол. 

Мы с Саней обошли поворот коридорчика, ведущий в гостиную, а потом брат дернул меня за руку и прижал к стене. 

– Я, видимо, не вовремя, – приглушенно сказал медик, – потому что это долгий разговор.

– Вы по телефону говорили о возможности какого-то договора.

– Я приехал, чтобы сообщить диагноз. И поговорить о некоторых возможностях. 

– Моему сыну нужно лечение, а не… – вздохнул папа.

–Лечения пока нет. Но я хотя бы могу предсказать, как и сколько он проживет. 

…Как и когда он умрет… 

Саня сжал мою руку. 

–Пойдемте на кухню, – предложил папа. – Это не стоит слышать моей семье. 

Двое мужчин слепо прошли мимо нас. Их тени уже лежали на пороге кухни. И вдруг… 

– Я хочу знать, – громко и отчетливо сказал Саня им в спину.

Папа и длинный человек с усиками обернулись и испуганно уставились на него. 

– Саня, – тихо позвала я, выходя из укрытия, – не надо…

Брат никак не отреагировал. 

– Я мог подслушать, – продолжал он, – но я хочу, чтобы мне это сказали в лицо. 

–Полагаю, это решать Вам, – неуверенно сказал папе человек с усиками, – но мое мнение на стороне мальчика.