Предельные Чертоги

Таким же, как облачные асассины, расправившиеся с ее семьей.

Первая мысль — бежать.

Снова.

Если этот человек поймет, что его тайна раскрыта, он, не задумываясь, перережет девочке горло. Так думала Мерт, но она ошибалась. В ту ночь Сато вернулся и по различным признакам догадался, что его арсенал перебирали. К примеру, на сюрикене осталась капелька крови. Некоторые клинки лежали не на своих местах.

Мерт проснулась, ощутив смутное беспокойство. Кто-то сидел в комнате и пристально смотрел на нее.

Резко вскочив, девочка уставилась на Сато. Взгляд у нее был затравленный, дикий.

Сато примиряюще поднял руку.

— Не волнуйся. Я тебя не трону.

Мерт забилась в угол, обхватив себя руками. Это все, что она могла сделать.

Почему-то девочка поверила хозяину дома.

— Сядь, — пекарь указал на циновку перед собой. — Есть разговор.

В ту ночь Мерт узнала о кланах горных убийц. Множество школ, разбросанных по всему Хо-Шану.

Их называли рю. Клановые структуры, ограниченное число учеников. Попасть в стены тренировочного лагеря очень сложно, объяснил Сато. Это не традиционные додзё, в которых учат драться и медитировать. Верность — вот что имеет значение.

Сато не должен был давать приют девочке с Облаков. В иерархии горных убийц он занимал среднюю ступень, будучи связующим звеном между верхушкой клана и рядовыми гэнинами — исполнителями. Боевые задачи Сато выполнял редко, но в его обязанности входила вербовка новых гэнинов.

Тут все просто, сказал пекарь. Либо ты присоединяешься к моему рю, либо умираешь. Я не хотел до этого доводить, но теперь выбор ограничен. Да и куда тебе идти в этом жестоком мире?

Мерт присягнула Онису.

Так начался ее путь, приведший впоследствии к Ольгерду и конверту с черным песком.

Верность.

Нельзя просто так взять и забыть это слово.

Складывая в заплечный мешок нехитрые пожитки, Мерт вспоминала события из далекого детства. Клинки, сюрикены, ампулы с ядами — все это кричало о принадлежности девушки к Онису.

Сокё Утэку испытывал боль, приговаривая к смерти свое дитя. В этом Мерт не сомневалась. Но простить беглого гэнина хранитель традиций не мог — это означало бы крах всей системы.

Мерт решила не ждать наступления ночи.