Осенние сказки

Вы… вы же хотите спросить про отца моих детей, так? В полиции тоже хотели о нем знать.

— Но вы им ничего толком не сказали. И имеете на это полной право, разумеется! — Нелл замахала руками. — Но если вы расскажете немного — мне это очень поможет собрать историю в одно целое, так сказать. А заодно, может, прояснит кое-что в сказке для ваших детей.

Иллена снова помолчала, прислушиваясь к успокаивающему мурчанию кота, потом решительно кивнула.

— Хорошо, я расскажу вам. Я… мы с моим… другом встретились в прошлом году.

Совсем случайно, в книжном магазине.

— В человеческом книжном магазине? — удивилась Нелл, потому что в самом деле — что фейри в человеческих книгах?

— В букинистическом. Я искала старые детские книги для своих учеников — я работаю в младшей школе. А он пытался выяснить у хозяина, как к нему попал какой-то фолиант. Мы столкнулись и… я не знаю... это не был гром среди ясного неба, это не была любовь с первого взгляда, но это было как…

— Судьба? — тихо подсказала Нелл.

— Судьба, — кивнула Иллена.

— Мы стали встречаться иногда… разговаривать… общаться. К осени я уже твердо знала, что люблю его, но тут пришел Самайн и нам пришлось проститься.

— Значит, он действительно из Летнего Двора? — вопрос на самом деле был лишним. Только фейри Летнего Двора не могли «ходить среди смертных», как они сами выражались, три месяца с Самайна по Имболк. Зимний Двор закрывал свои двери с Белтайна по Лугнасад.

— Конечно, — просто кивнула Иллена. — Знаете, я думала, что на этом все и закончится.

Сами понимаете, все говорят, что фейри не умеют… ну… что люди им быстро наскучивают. Я не хотела надеяться, запретила себе ждать, но чувствам не прикажешь. А потом наступил Имболк, и стоило зажечься первому огню — в мою дверь постучали, и там стоял он, и я…

Иллена тихо улыбнулась, и эта улыбка снова осветила ее лицо, превращая из обычной женщины в сказочную красавицу.

— С того дня мы вместе, — твердо продолжила она. — И мне все равно, что думают другие. Мы вместе, и это его дети… наши дети.

Он собирается признать их, и тогда их никто не сможет забрать. Ведь так? Так?

В ее голосе впервые появилась неуверенность, пальцы бездумно принялись перебирать кошачью шерсть. Кот, словно почувствовав ее тревогу, боднул широким лбом ладонь Иллены, потерся щекой о живот.

— Насколько я знаю, это так. Если он возьмет их на руки и назовет своими. Но… поправьте меня — вам же еще месяца два носить детей? А до Самайна всего две недели.