Осенние сказки

Из-под надетой на голову крохотной шапочки торчала сердитая черная челка. Отец с улыбкой коснулся ее губами.

— Манис Гердан, я признаю тебя своим сыном по крови и скрепляю это свидетельство своей магией. Отныне ничто не разорвет эту связь.

Нелла почувствовала, как ползут вверх ее брови.

— Значит, девочка была первой? Хм…

— Сказки редко бывают буквальными, — подмигнул ей Аксель. Ну разумеется, он наверняка уже увидел ту сказку, что она подарила детям.

Между тем молодые родители обменялись многозначительными взглядами, а потом Иллена повернулась к Терну.

— Хотите подержать их?

Нелл могла бы поклясться, что когда Терн взял из рук Иллены внучку, а Гость вложил ему в другую руку внука, в глазах несгибаемого фейри блеснули слезы. Он коснулся губами двух крошечных голов, его губы шевельнулись. Слов не было слышно, но смысл был понятен — Терн признал внуков своими потомками.

Разумеется, торжественность момента разрушил Аксель, громко зааплодировав. Все спохватились, принялись хором поздравлять Иллену, обнимать их с Гостем, умиляться крошечным младенцам, не обращавшим внимания на окружавшую их толпу.

Иллена радостно смеялась, измученная, но счастливая, профессор Драга гордо любовалась делом рук своих, Мелинда с Лореттой заполучили младенцев и теперь увлечено спорили, похожи ли они («Все младенцы похожи друг на друга, Мел!»), Аксель предлагал отпраздновать день рождения малышей чем-нибудь подобающе вкусным, а Терн устало сгорбился в кресле. Нелл нахмурилась, ей что-то показалось странным в его позе, а потом ее взгляд упал вниз, и только тогда она заметила, что фигура фейри словно растворяется на глазах, становясь все бледней и прозрачней.

— Терн!

На ее возглас повернулись все, и все успели увидеть, как фейри улыбнулся правнучке и шевельнул губами, прощаясь. А в следующий миг он исчез, растаял, как первый снег под лучами солнца. Черный ворон захлопал крыльями, перелетая с кресла на подоконник, стукнул клювом в окно, склонил голову, блеснув глазом. Аксель медленно подошел к окну и распахнул его.

Ворон хрипло каркнул и сорвался с места, мгновенно исчезнув в темноте. Над крышами домов на востоке медленно начинало бледнеть небо. Заканчивалась ночь Самайна.

Праздник смерти

— Он ведь вернется? — нарушил тишину голос Иллены, и сердце Нелл больно сжалось. Она бросила короткий взгляд на Лоретту. Та тоже все понимала, но не спешила открывать рот. Летний Гость сидел, закрыв глаза и склонив голову. В результате заговорить пришлось Синтии.

— Нет, девочка.