Две стороны горизонта

Друзья обменялись тревожными взглядами: сценарий вчерашнего дня нарушился. Интересно, зачем Всеслав так хочет остаться вдвоём?

– Да нет. Разок посмотреть интересно, – Женя положил коврик-пенку и сел рядом с рыбаками.

Всеслав в ответ кивнул, потом приложил палец к губам: тогда молчи, рыба болтовни не любит.

Через два часа Олег смотал удочку:

– Я всё. Нас уже потеряли, наверное.

Напарник тоже собрал снасть, потом гордо показал брезентовое складное ведро, до половины заполненное рыбой.

– Во! Завтра ещё сюда приду.

А то будут мне ещё говорить: «Сначала с рыбой вернитесь», – передразнил он Катерину.

Женя обменялся взглядами с Олегом: опять вчерашний день.

Обратно шли быстрее, чем в прошлый раз, настороженно поглядывая по сторонам. Зато Всеслав ничего не замечал, всю дорогу без остановки чесал языком, рассказывал анекдоты, раз даже попробовал спеть. В лагере рыбаков встретили восторженными криками:

– Здорово!

– Молодцы, ух сколько.

После недолгих споров решили сварить уху. Тёна вызвалась почистить рыбу – но только если ей поможет Олег.

А когда они только вдвоём сели чуть в стороне от лагеря на берегу озера, с тревогой спросила:

– Что происходит? Вы опять ушли утром, как вчера. А ещё как вчера Катерина руку занозила от полена, пришлось разрезать и занозу доставать. И… почему-то утром вчерашней ссадины у неё не было.

– И у вас? – Олег растерянно посмотрел на Тёну. – Понимаешь, такое ощущение, что, кроме тебя, меня и Жени, вчерашнего дня ни для кого не было. Всеслав поднял нас «вы обещали показать место», его девушка с теми же словами проснулась и нас проводила.

А теперь ещё и в лагере…

Тёна резким движением вспорола брюхо очередной рыбине и решительно сказала:

– Нутром чую, то место, которое нашёл Женя, как-то с этим связано. После обеда надо бы туда заглянуть ещё раз… Только мы втроём.

– И с ножами, – согласился Олег. – Вчера не хотел говорить… Без оружия я себя в том месте чувствовал, как голый.

За обедом обнаружилось ещё одно отличие от вчерашнего дня. Романа не оказалось на месте, его тарелка с ухой так и осталась стоять нетронутая.

Показался он из леса, только когда все уже доели и начали расходиться мыть посуду. Тёна помахала парню рукой:

– О, привет. У тебя остыло.

– Не совсем, – заботливо поправила Юля. – Я тарелку к огню поста… – и споткнулась о полный ненависти и злобы взгляд Романа.

– Заткнись, шлюха.

Тёна машинально отметила: на губах улыбка, но глаза расширены и почти не моргают, а сам взгляд лихорадочный, блестящий.