Nский треугольник

Станислав видел, как легкое недоумение на ее лице сменяется удивлением, как оно искажается тем отчетливым ощущением беспомощного ужаса, которое мгновенно роднит человека с попавшим в западню животным. Он смотрел на Шурочку и не чувствовал, как прогоревшая до фильтра сигарета обжигает пальцы.

Выхода из Nска не было, даже для тех, кого вел Проводник.

***

— Меньше месяца, значит? — Соколов вертел свою неизменную трость и на Станислава не смотрел совсем.

— Если сравнивать с Изборском — да, данных по Пскову у меня нет.

И мы не знаем, когда город закрылся, — Стас хмуро кивнул. Он тоже предпочитал изучать состав бумаги в собственном блокноте, а не смотреть на непосредственное начальство.

— Может быть, направить запрос в архивы? — Станислав ожесточенно потер переносицу, ловя ускользающую мысль. — Должна же быть какая-то статистика? Если город нам позволит, — на последних словах он отчетливо скривился: мысль, что кто-то может управлять его действиями, Ленски откровенно не нравилась.

— Нет такой статистики, — Соколов покачал головой, — чудо, что ты попал в Изборск так вовремя.

И еще одно чудо, что смог вернуться обратно. Города всегда падают внезапно. Даже если это длится сотни лет и все понимают… но тот самый момент — всегда неожиданность. Пусть теперь мы и знаем почему.

— Вы уже искали такую статистику? — Станислав с любопытством посмотрел на начальника.

— Я имел доступ к архивам, — Соколов выразительно положил руку на лежащую прямо на столе трость с мальтийским крестом в навершии, — в том числе к международным.

— Та экспедиция в Иерусалим? — Ленски даже блокнот закрыл, выжидательно уставившись на Соколова. Слухи ходили разные, но Федор Григорьевич всегда от них отмахивался и тему Иерусалима и его последних поисков развивать совершенно не желал. И пусть текущий момент сложно было назвать подходящим для отвлеченных бесед, Станислав возможность упускать не собирался. В Иерусалиме все началось. Может быть, там есть ключ к тому, как все закончить?

— Думаешь, сможешь найти решение? — Федор Григорьевич выразительно поднял брови.

— Ну, мне не нужно спасать мир. Хватит одного города, — Станислав неловко пожал плечами. Вопросом Иерусалима так или иначе занимались все научные подразделения экзорцистов, примерно каждые десять лет они извергали из своих недр новую гипотезу и собирали экспедицию для проверки. Иерусалимская воронка неизменно оставалась на своем месте и отвечала пылевыми бурями не то что на попытки ее закрыть, но и вообще как-то к ней приблизиться.