Лабиринт Ариадны

Да что тут за край непуганых идиоток? Хлебать из чужой – уже открытой! – бутылки? С двумя левыми парнями в «тачке» - на незнакомой трассе?

А сама-то ты кто? Не видела, какая Юлька? Так с чего полезла цапаться? Ясно же было, что она из машины теперь не выйдет. В дождь и сырость-то.

«БЕГИ!»

Спокойно. Расслабься, поняла? Никто не сказал, что они действительно серийные насильники или убийцы. Просто не дай Юле выпить. Просто не дай ей выпить и следи за этими двумя. Может, еще и обойдется.

Может, они сами не захотят связываться.

Реальное убийство – это срок, если поймают. А парни вовсе не похожи на упакованных мажоров с большими деньгами. Даже на местном вровне. И авто у них – подержанное, дешевка уже. Да и молодые оба очень – водила кажется сверстником Ульяны. Если их повяжут – закатают на полную катушку.

Просто они могут решить, что никто не заявит. Ведь в таких случаях травить принято не насильников, а жертву.

Значит, дать понять, что заявит. Стопроцентно.

И если выбор между сроком и убийством (а за него тоже запросто срок, если спалишься, и тут уже «сама села» - не прокатит) — пацаны запросто сдадут назад.

Да, все боятся молодых и наглых. Но вспомни, что твою жизнь чуть не отправил под откос отнюдь не твой ровесник. И на бандюгана он уж, простите, не тянул. Ни в самой малости.

У этих пацанов должно хватить ума в этот раз спустить рыбку с крючка, а не подсекать. А то самих на дно утащит.

А если нет – будем решать потом. Может, Ульяна еще и не разрушила свою жизнь, сдуру усевшись в эту машину.

Потому что кто ж ей поверит во второй раз, если не поверили и в первый? Да, три года уже прошло. Условка — погашена. Но такой опыт во внимание примут, даже не сомневайся. Срок получишь в этот раз на полную. Прокурор постарается.

Но что делать, если станут настаивать? Их здесь двое. И машина на ходу. И огнестрел под запретом. Ульяне просто не убрать сразу двоих, чтобы этого никто не заметил. Будь один - только тот, что за рулем...

Нет. Да, труп заховать не так уж трудно. Камер здесь нет.

«Тачку» отогнать, отпечатки стереть. Но как потом помешать проболтаться Юльке?

Ульяна не докажет самооборону. «Превысила пределы» - и всё. Это ее второе дело. Второе, а не первое, черт подери!

Дождь лупанул со всей дури, ухмылка водилы отразилась в стекле. Переглянулись с напарником они явно.

Капли стекают по грязному стеклу, оплакивая уходящее лето. Август. И Ульянину свободу.

«БЕГИ!» написал на земле тот незнакомый мужик размываемыми дождем буквами.

Влипла.