Нарушение обычая

И, встречаясь порой на улицах людского города, как добрые соседи, вежливо раскланивались, чтобы дома, в своих улочках и переулках чуть ли не рвать друг другу глотки только за то, что неправильно перешел через дорогу. В людских районах они все были в равном положении чужаков и потому уже считались своими. А тут иные законы. Непосвященному лучше не соваться.

А этот рогач сунулся. Это же надо – бродить по пустырю, который облюбовали сородичи Лохматого! Жили они в полуземлянках, лишь в случае необходимости занимая подвалы и полуподвалы жилых домов – и то только в том случае, если на эти теплые местечки не претендовали тролли.

Пустыри, заброшенные сады, окраины городской свалки, бедняцкие кварталы были лучшими местами обитания для ликантропов. Знал ли это заблудившийся рогач? Вряд ли! Иначе не пёр бы напролом, топча кустарник. А если он решил по дороге пощипать травки – за это мало пощипать его самого.

Но вот только именно этот рогач был иного мнения. Четверо ликантропов наседали на него с трех сторон, а он, упершись задом в развалины какой-то стены, оборонялся от них, низко пригнув к земле развесистые рога.

 

Рога этого рогача и заинтересовали Лохматого. Не цветом и размерами, нет – хотя светлые концы отростков встречались редко – просто эти самые отростки были окрашены кровью. А это значит, что рога были не затуплены по человеческим законам. 

Рогач был диким. И его появление сулило огромные проблемы. 

Его соплеменники понимали это очень хорошо – не зря же втроем наскакивали на чужака с такой яростью.

 

Да, всего лишь втроем. Четвертый уже был ранен и оседал на землю, держась за распоротый бок. Это его кровь была на короне рогача, и этим – пролив чужую кровь на чужой территории – он подписал себе смертный приговор. А это значило, что его могут убить, и человеческие власти не придерутся – мало ли, что происходит среди этих нелюдей! Еще и оправдать могут – если предъявить не затупленные рога.

 

Сообразив это, Лохматый уже собрался идти дальше – ликантропы были не из его стаи – но тут рогач ловко поддел еще одного противника и, резко, всем телом, выпрямившись, отбросил его в сторону. Пролетев скачка* три, тот рухнул в кусты, визжа, как щенок.

(*Скачок – мера длины, равная расстоянию одного прыжка с места. На человеческую мерку – примерно метра два).

Ого! Вот это сила! Она уже сулит большую кровь.