Бесконечное лето

И почти хорошо, почти приятно вот так трястись в вагоне и не думать.

Из оцепенения меня вывел свист торможения. Невольно вздрогнула, выглянула в окно, затем перевела взгляд на Мрага.

- Выходить не будем, - произнес он, - Если хочешь есть, можем потом поискать вагон-ресторан.

- Не хочу, - ответила, хотя соврала на самом деле. Желудок протестовал, требовал положить в него хоть что-нибудь, но я не давала ему воли. Не так давно ведь ужинали. Или завтракали. Черт поймешь, как тут время делить, когда ночь постоянно?

- Вот и отлично.

Что там вообще, он не договорил. Тусклая желтоватая лампа над входом - единственный источник света в купе - вдруг потухла, погрузив я густую темноту. Только глаза Мрага слегка фосфорицировали. Я знала, что так быть не должно. Не знаю, откуда это знание, но это не правильно! И вообще, мы не должны были здесь останавливаться.

Паника оплела меня липкой паутиной, сковала руки и ноги, стянула грудь, мешая сделать вдох. Мраг опять молчал, я даже дыхания его не слышала больше, только глаза эти жуткие светятся.

Заскрежетала дверь, и я сощурилась от того, что в лицо ударил луч света. 

- Так-так, - произнес женский голос, - Проверочку проходим. Пункт исповедников. Конец зоны Волкограда. Документики приготовьте, двери на замочек не запираем, - голос проводницы звучал буднично, и я даже успокоилась немного, но тут до меня начал доходить смысл ее слов.

- Что за проверка? - шепотом обратилась к Мрагу, когда дверь закрылась, - Я не хочу к исповедникам!

- Ерунда какая-то, - произнес он.

- Мне нельзя к исповедникам! Они меня на кусочки разрежут!

- Знаю, - совершенно спокойно произнес он.

- И что мне делать?

- Полезай под полку. 

- Что? Думаешь, они меня не учуют?

- Не учуют. Ползи давай.

Я слышала, как он встал, как приподнял полку. Держать руками за стол, я вслепую двинулась вперед. От постоянного страха разболелась голова, началась тошнота, будто меня укачало. Вытянув руки вперед, уперлась в грудь Мрага, он перехватил мои запястья, отвел руки, а затем резко схватил, да так, что пришлось губу прикусить, чтоб не вскрикнуть, и сунул под полку, как мешок.

Тесный ящик под полкой походил на гроб. Я лежала на спине, ничего не видела, будто глаз у меня вовсе нет, и вдруг начала думать, что на самом деле и впрямь умерла. А теперь вдруг очнулась в гробу и не знаю, что делать.