Бесконечное лето

- Ты же слышишь, они задыхаются, - говорил он, - Вот эти звуки, они все погибли.

Но я лучше него понимала английский и знала, что там нет ни слова о подводной лодке. Только проще было согласиться, чем доказывать Бегемоту его неправоту.

Он не говорил, куда уходит, когда покидал меня. С собой не звал, просто говорил, что скоро вернется. Он еще утром второго дня взял мой паспорт, и я думала, что он решает вопрос с билетами, но Бегемот уходил несколько раз и возвращался с сюрпризами. То гитару принес, то вот кассетник. Даже мороженое мне принес, эскимо на палочке.

Наверняка ему пришлось отстоять немалую очередь за ним, чтобы заполучить его. Было так приятно. А вот песня, которую я сочинила в его каморке, вышла грустной. И, честно говоря, я вообще не поняла, о чем она.

Никто не возвращается обратно…

Отрезан путь, и заросла тропа.

Мелодия звучит едва ли складно,

И в белом шуме тают голоса.

К заветной дверце не найдешь ты ключик,

Утрачен шифр, давно уж вышел срок.

Быть может, где-то там и было лучше, 

Но прошлое закрыто на замок.

Никто не возвращается обратно, 

И сколько заклинанье ни тверди, 

Обидно, больно и весьма досадно,

В посмертие обратно нет пути.

Бегемот презрительно кривился, когда я ему пела. Понимаю, мелодия вышла простенькая, но мне почему-то понравился текст. Было в этих стихах что-то... только сама не могу понять.

- Может, тогда уж не «В посмертие…», а «С посмертия…», - предложил он поменять последнюю строчку, - Тогда хоть какой-то смысл будет, хоть и банальный.

- Наверное, - пожала я плечами, хотя мне не очень понравился его вариант. 

- Сама-то понимаешь, о чем песня? - спросил Бегемот.

- Отчасти.

- Понятно, - вздохнул он, - Поток сознания.

Утром третьего дня, когда я проснулась, нас уже поджидало такси, чтобы отвезти в аэропорт. Однако, я все же попросила заехать ко мне домой по пути. Бегемот не отказал.

Я знала, что сейчас никого не будет дома, родители на работе, а брат в школе, если не прогуливает. Все-таки я не могла исчезнуть, совсем не предупредив родителей.

А вдруг они и впрямь будут беспокоиться? В общем, я решила оставить записку, дескать, не ищите, со мной все хорошо, лечу в Красноярск, вернусь звездой. Этого, пожалуй, вполне достаточно, чтобы с чистой совестью покинуть дом. 

Глава 6

- Ле-е-ен, - меня разбудило протяжное завывание, ненавижу, когда меня зовут паспортным именем, - Ле-е-ен, - повторилось, - Подай водички.

Резко вскочила, осознавая, что где-то все это уже было.