Бесконечное лето

Он не пойдет с тобой.

- Я хочу увидеть его! - выкрикнула громко.

- Не ори, потолок обвалишь, - прорычала Рцайя.

- Где он? - повторила тише, - Пусть сам мне скажет, что хочет остаться!

- Там… - Рцайя махнула в сторону уборной, она говорила что-то еще, но я уже рванула в темный коридор. Кажется, они бросились за мной, но у меня было одно преимущество, я - быстрее, потому что тушка моя весит меньше сотни килограмм.

Я пробежала мимо двери в уборную, дальше в темноту. Мипуры, казалось, не торопились, позади слышались тяжелые, но медленные шаги.

Коридор стал шире, превратился в просторный зал, а откуда-то сверху пробивался свет. Там, откуда шел свет, зал был разделен перегородками. Пахло прелой   травой и экскрементами. Помещение напомнило мне конюшню. 

А потом я увидела людей. Не мипуров, а именно людей. Они были полностью обнажены, странно двигались. Сначала я разглядела двоих, стоя на четвереньках, они хватали руками с пола сухую траву и запихивали в рот. Жадно, будто ничего вкуснее в жизни не пробовали.

 

Меня взяла оторопь. Слишком ненормальной была эта картина. Даже больная фантазия не в состоянии такого представить. И лучше бы здесь было темно, но через решетку сверху пробивалось достаточно света, чтобы хорошо разглядеть их. У этих людей не было половых органов, но, кажется, прежде они были мужчинами, вот только все, что имелось когда-то промеж ног, было удалено хирургически, о чем свидетельствовали уродливые шрамы. 

- И чего ты в хлеву увидеть хотела? - услышала я за спиной голос мипура.

Обернулась, непонимающе уставилась на лысую дылду.

- Аксели… - выдавила из себя, хотя даже не знаю, что спросить-то хотела. Мне стало невыносимо жутко от увиденного. Эти… люди, они ведь обезумели, наверное.

- Ты все еще можешь уйти, - произнесла Рцайя, - Ты - женщина, хоть и уродливая, но одна из нас. А для мужчин, - она кивнула на голых безумцев, - Нет лучшей жизни. Они сыты и довольны. Посмотри, как они счастливы. Мужчины ведь не приспособлены ни к какой иной деятельности, не способны к созиданию, но здесь они могут делать все, что делает их счастливыми.

Они могут есть и спать вдоволь. И предназначение их - дать пищу таким, как мы. Разве это не прекрасно?

- Я заберу Аксели и уйду. Делайте, что хотите.

- Мы ведь уже собрали тебе еды в дорогу. А тот, кого ты все еще зовешь по имени, такой худой. Толку-то тебе с него? А тут ему хорошо. 

До меня не сразу дошло, что она сказала.