На всю жизнь и после. Том I

Если она обратиться в одержимую, купол, наверняка, начнёт растворяться, в таком случае, он просто оглушит её и сбежит. Правила не предписывают убивать их; как оказалось, это единственная принятая на вооружение унтами мера по борьбе с одержимыми. Дрожь спала. Ирина убрала руки и быстро подняла голову. Её большие карие глаза, блестящие от слёз, встретились с его лишёнными всякого блеска миндалевидными глазами унта. Губы Ирины медленно раскрылись и еле заметно пульсировали.

– Боря, я…ТОТ не должен…я не хочу, чтобы он знал.

Купол открыла я…если открывает один, нас даже он не сможет увидеть.

Борис чувствовал запах и тепло её дыхания, но, невзирая на сладость аромата и ситуации в целом, он не ощущал влечения к ней, первобытного желания, которое притягивает мужчину к женщине.

– Консуэла тоже нарушила правило. Она вырвала меня из рук приёмных родителей, они были людьми. Она нарушила правило номер один. Я не знаю, почему она ещё жива, но голоса Того, кто видит рядом с ней я ни разу не слышала.

– Не вредить людям.

Что именно она сделала? Подробнее, как именно Консуэла тебя вырвала?

Луч надежды всё-таки забрезжил, поэтому Борис старался задавать правильные вопросы, которые, по его мнению, вытянут его из могилы.

– Мы жили в крупном особняке. Моя комната была на втором этаже. Консуэла протянула нить до моего окна и проникла в комнату. Она объяснила, кто я такая. Ну, а я поверила и пошла с ней. Мне тогда было двенадцать или что-то около того.

– Да, я понимаю, и не осуждаю, если ты об этом.

Один момент. Ты точно уверенна, что Консуэла навредила этим людям? Честно говоря, я так не думаю.

– А почему нет? Она украла их ребёнка, приёмного, но всё же. Вред есть, не думай, что его нет. Тут дело в другом, почувствовали ли они на себе этот вред. Мои опекуны были вредными и злыми людьми, и вся их прислуга была такой же, даже собаки злобно лаяли и кидались на всех подряд.

– Ещё им было наплевать, куда ты пропала.

– Или они просто подумали, что я сбежала из дома. Подростки ведь так делают.

Они по-прежнему сидели на коленях, слишком близко друг к другу. Ирина тяжёло дышала и с маской страха на лице смотрела на Бориса, который не отводил от неё глаз.

– И если сейчас твои опекуны вспомнят о твоей пропаже и начнут переживать – Консуэлу ждёт казнь.

– Этого я и боюсь. Ситуация похожа на твою, но всё-таки у тебя всё немного иначе. Когда блудный нарушает правило, его наказание могут отсрочить пока он не встанет на путь истинный.