Его огонь горит для меня. Том 2

Только что это скажет обо мне? Чего я добьюсь?

И чего хочу добиться?

Сравнять счёт в нашем противостоянии? Доказать себе, что способна причинить ему боль?

— Ринар… Это так тяжело. Всё моё нахождение здесь — это одно сплошное унижение и мои попытки бороться с ним. Я устала. Я не воительница и не железная леди. Я утомилась воевать с тобой и пытаться доказывать, что достойна уважения. И мне показалось, что проще начать сначала с кем-то другим, чем построить хоть что-то на пепелище с тобой.

Мне было невероятно больно, когда я убегала. Я думала, что ты… — слёзы хлынули из глаз, и я жалко всхлипнула, не сумев закончить фразу.

Его горячие руки обвили мои плечи, я даже не заметила, как он оказался рядом и прижал меня к груди.

— Я знаю. Ты забываешь, что я чувствую всё, что чувствуешь ты. И сейчас тоже, — он нежно погладил меня по волосам, а затем усадил к себе на колени и сжал в крепких объятиях. — Я постараюсь быть мудрее и не обижать тебя больше.

Я не очень привык заботиться о чьих-то чувствах, и думаю, что ощущать твои эмоции — это урок или наказание богов за то, что раньше я был слишком равнодушен к чувствам других.

Подняв глаза, полные слёз, я потерялась во взгляде, в котором так явно читались нежность и вина. Под напором терзающих эмоций, я обняла Ринара за шею и уткнулась лицом в сильное плечо.

— Пообещай, что больше не будешь использовать втёмную и будешь делиться планами, касающимися меня.

— Хорошо. Пообещай, что как бы ни выглядела ситуация, ты поговоришь со мной до того, как сделаешь выводы.

— Чтобы дать тебе возможность навешать мне лапшу на уши?

Ринар поперхнулся и закашлялся.

— Зачем мне вешать тебе на уши лапшу, это же еда?

— Есть у нас такое выражение — означает «вводить в заблуждение, обманывать».

— Наколдовать сизого тумана?

— Не знаю, тебе виднее.

— Алина… Прости меня за прошлое поведение, — слова давались ему с трудом.

— Я действительно сделал выводы и раскаиваюсь. Прошу, давай попробуем начать заново.

Я прикрыла глаза и задумалась. Так ли много я потеряю, дав ему шанс? И — куда важнее! — что потеряю, не дав этого шанса?

Ринар распахнул передо мной душу, говорил о своих страхах и проблемах, и я готова была поклясться, что он делал это впервые, оттого ему так сложно было говорить, и интуиция шептала: если оттолкнуть его сейчас, он закроется навсегда.