Его огонь горит для меня. Том 2

Самое неприятное, что противоречивые приказы от них люди воспринимали легче, чем попытки дать свободу действий и решений от меня.

Ко второй ночи я уже валилась с ног, но напряжение было настолько сильным, что я даже посидеть спокойно не могла. Со стула подкидывал страх, что кто-то умрёт, пока я сплю. Настоящим сокровищем оказался Кассиль. Он взялся за роль связного, и показал себя быстроногим, сметливым и незаменимым помощником. К исходу второй ночи я вырубилась, уснув сидя на кровати одного из самых маленьких пациентов.

Малыш плакал во сне, и я старалась укачать его. Проснулась уже засветло с тяжелой головой и болью в сведённых руках. Сначала показалось, что ребёнок не дышит, и я запаниковала, но, к счастью, всё было в пределах нормы.

День начался.

Лекари выкладывались от и до, но мы никак не могли найти баланс. Помочь всем — нереально. Помогать только самым тяжёлым? Ухудшаются остальные, да и энергии на это уходит намного больше. Пока что перед нами не стоял выбор, кого лечить: двух средних или одного тяжёлого.

Но все понимали, что он встанет, и чуйка нашёптывала, что поставят этот выбор передо мной.

К счастью, во второе утро к нам в разное время пришли ещё четыре лекаря и десяток повитух. Я дала Кассилю задание пробежаться по городу и покричать на углах, что, во-первых, мы принимаем всех больных и у нас есть лечение, и, во-вторых, нам нужны добровольцы с магическими способностями.

Вот только персонал дворца, который за несколько часов сделал невозможное — превратил старое нежилое помещение в подобие больницы — быстро сдавал.

Я видела признаки болезни практически у каждого и с ужасом осознавала, что завтра с тяжёлой лихорадкой слягут почти все.

К вечеру я отослала их обратно во дворец, заменив на знахарок, повитух и матерей, что уже перенесли болезнь, но таких было катастрофически мало. Если дети болели у нас, то взрослые пластами лежали по домам, и сил у них хватало только на то, чтобы не дать скотине и старшим детям умереть от голода и обезвоживания.

В прошлом перенесли лихорадку лишь одна повитуха и Карда, ещё трое унаследовали иммунитет от матерей.

Даже маги болели, просто в более лёгкой форме. Наблюдая за Кардой и её дочерью Риссой, я убедилась, что иммунитет приобретается пожизненный и передаётся детям. К началу третьей ночи у нас было около ста пятидесяти пациентов, притом, что шестьдесят четыре ребёнка мы уже выписали.

Маги из Академии пришли на третий день. Пожилые и совсем подростки, большинство мужчин и всего несколько женщин.