Реверсивный самоубийца

Это немного веселило и вместе с этим пугало: мои слова оказали даже слишком сильный эффект. Айра быстренько магией обездвижила и так не сопротивляющуюся девочку, наведя на неё посох.

Уже думала начать допрос, но тут неожиданно решили показаться новые действующие лица: из дыры в стене выбрались Лук и Снежная Королева.

Вид у них был потрепанный, злой (я говорю, по большей части, про чудовище) и настроенный решительно набить кому-то морду. Тут даже у Лука мотивация была.

— К-кир-сан!

Лук был меня очень рад видеть.

Снежная Королева старалась так ярко не реагировать; женщина казалась убийственно серьёзной. Естественно, что мой временный протеже, что машина смерти нас поблагодарили за спасение, пусть воительница и в конце пробурчала, что сломала бы там лица и без дополнительной помощи, ей просто не хватило времени на собственное освобождение.

Охотно верю.

Ситуацию обговорили быстро, поняли — ещё быстрее.

По крайней мере, я понял, а там остальные пускай подтягиваются.

У меня так в университете было, всегда работало.

— Где главный злодей, шестерка? — зажёг на руке пламя пустоты, начав приятную беседу двух соседей.

Маленькая-девочка-которой-за-двадцать шмыгнула носом, осунувшись.

Очередное критическое попадание по чужой психике от Кирилла, шикарно.

— Мне нужны иглы, Кир-сан, — начала разминать себе пальцы Снежная Королева, готовясь к пыткам. От суровости её лица даже мне было некомфортно. — Я прекрасно владею этой техникой, дайте мне пятнадцать минут, и она будет готова рассказать всё, что ей известно и даже неизвестно.

Потомку Богини Любви от таких предложений как-то поплохело.

— Я… я думаю, что мы можем всё узнать иначе, г-госпожа Снежная Королева…

И опять мой мозг выдал на секунду ошибку: в этом мире было несколько видов обращений. То, которое использовал этот ловелас, воспринималось на фоне «современного» подхода очень архаично.

Нет, больше задумываться над местным языком я не буду. Во избежание.

Женщина тоже обратила внимание на обращение к себе, поплыв. Удивительно робко сказала:

— Сколько тебе лет?

Лица Айры и Луки нужно было видеть. Даже побитая жизнью лоля подняла взгляд.

Я прямо почувствовал, как что-то глубинное и древнее в парне в ужасе закричало, но увы — тем человек и отличается от животного, что не имеет инстинктов и может подавлять любые намёки глубинного.

— М-мне шестнадцать, г-госп…

— Значит, мы одногодки!

Тишина.