Реверсивный самоубийца

Верховная Богиня капиталист — горе во всём мире.

Помещение, в которое меня отвели, было совсем небольшим. Буквально приватная комната, обставленная алтарями Богини. Благовоний не было, зато золота навалили хоть отбавляй, наталкивая меня не мысли, что это место могло бы стать раем для вора. Не будь в этом мире реальных Богов, которые активно вмешивались в дела смертных, и быть храму беде.

Собака, золота было настолько много, что мне уже было страшно представлять, как выглядит Богиня.

Ну нахер.

Монашка оставила меня в комнате одного, попросив немного подождать. Нервничающая девушка была уверена, что Богиня меня уже должна была почувствовать, и лишь искала подходящий момент для приглашения.

— Не хватает закусок, — пробормотал себе под нос, скептично смотря на золотую статую длинноволосой девушки в белом платье.

Хотя, всё же, я надеялся, что она позолоченная, а не золотая. Иначе на месте того же Короля Киралиса я уже задумался бы над тем, что его казну грабит собственная Богиня.

Ждать собственного призыва действительно долго не пришлось. Буквально через минуту или две после поспешного ухода монашки в нос ударил сильный запах кислинки, сопровождающийся всплеском божественной энергии. Эта сила попыталась аккуратно покрыть меня и забраться в душу, чтобы, видимо, войти в контакт с моей сущностью, но с таким же успехом Богиня могла засунуть окровавленную руку в воду с голодными акулами.

— Я помогу.

Почувствовав на краю сознания нечто похожее на удивление, не стал пояснить Верховной Богине свои действия, вместо этого схватившись своей силой за свежий божественный след.

На миг мне показалось, что я услышал вскрик, словно какой-то извращенец на улице подошёл к незнакомке и хорошенько шлепнул её по заднице. Понятное дело, как и подобает мужику, что перед японскими школьницами разгуливал голышом, любое недовольство я проигнорировал, потянувшись по этому следу в чужое закрытое пространство.

То есть, буквально — золотистом.

Светящимся золотым во всех возможных и невозможных спектрах, что, учитывая моё специфическое восприятие мира, было для меня всё равно, что перед глазами включить на полную мощность гигантский прожектор.

Сука, мои глаза.