Я, колдунья и полосатый кот 2. Дивнолесье

В беготне, готовке, сворачивании одежды, уточнениях по нарисованной карте и в упорных попытках не думать о Ваське. Помогало и то, что находился он далеко. Там, куда слишком долго идти через густой лес, в окружении странных скал. Если бы он, обёрнутый клубящейся чёрной мглой, находился рядом с нами, я бы не смог внешне оставаться таким спокойным.

А внутренне… Хотелось залиться чем-то покрепче кваса и забыться дня на три, но это стало бы бегством от реальности. Только усугубляющим проблему. Кто знает, сколько кототигру нашему отпущено времени? Горислава предположила, что в таком состоянии он может находиться бесконечно, но была не слишком убедительна.

В дорогу вышли ранним утром, солнце только показалось над лесом. Над травой стояло лёгкое марево: солнце начало припекать с самого утра, испаряя ночную росу. Наш путь лежал в противоположную сторону от места битвы с воинством Элары. Нам предстояла дорога к переправе, после неё — через лес, а потом — в степь и, снова через дебри, к верхнему течению той же реки.

Там мы наймём лодку и отправимся по воде, пока не доберёмся до долины, через которую лежит дальнейший путь к предгорьям и живущей там чародейке. Маршрут получался замысловатым, только выбирать не приходилось: крупным судами, способными преодолеть всё расстояние без лишних выходов на сушу, здесь никто не владел за ненадобностью.

Я покосился на Агри и вдруг заметил у неё за спиной посох на перевязи. Как проглядел-то?! Не проснулся, похоже, вот и не приметил.

А посмотреть было на что: полированное древко венчало необычной формы навершие, напоминавшее сросшиеся между собой то ли плавники, то ли гребни. Внутри него покоился хрустальный шар размером с кулак дяди Кондрата. Он искрился на солнце и отбрасывал блики.

— Волшебный? — полюбопытствовал я.

— Кто? — сначала не поняла травница, потом сообразила. — Для кого как. Ежели им по хребтине ворога оттянуть, то самый што ни на есть. Враз волшба срабатывает, все сговорчивыми становятся. И шар светиться может.

По ночам зело удобно.

Я хмыкнул, и мы продолжили путь.

Погода стояла по-настоящему летняя: ни облачка, день обещал выдаться жарким. Птички щебетали, как сумасшедшие, у меня даже в ушах позванивать начало. А ещё с трудом получалось сдержать улыбку, когда касался Агриппины. Придержал за локоть на неудобном спуске, задел пальцы, словно нечаянно, взял за руку, когда перепрыгивали ручей. Как пацан малолетний…

Но она тоже еле заметно улыбалась.