Спасти темного властелина

– Тут же живых колдунов десятка два, чем нам может так серьезно насолить еще один, пусть и посильнее любого из них? Ой!

– Вот этим! – мрачно сказал орк, поймав потерявшего равновесие коротышку за шиворот, и оттащил его от края крыши. В дверь дома вонзилось нечто, для чего самым подходящим определением было бы «ледяная звезда». Строение содрогнулось, а промерзшие осколки преграды разбили на мелкие куски даже не жировики, а обычные вурдалаки. – У него очень мощные и очень дальнобойные удары. Хорошо, наносит их достаточно редко, иначе мы бы на своем дирижабле не ушли.

– Двери на второй этаж закрыты! – крикнул застрявший в момент нападения недалеко от орка и потому оказавшийся на той же крыше эльф-целитель, буквально вытаскивая на свежий воздух женскую часть семьи дварфов в виде пампушки-жены с громадным тесаком в руках и двух маленьких девочек, сжимающих кукол. – Им понадобится время, чтобы сломать их!

– Рушьте лестницу на чердак! – велел хозяин дома, отрываясь от перезарядки ружья, чтобы быстро погладить плачущих дочерей по головам и хоть как-то успокоить.

– Все равно внизу никого нет. У меня минная закладка в красном ящике специально для этого дела предназначена, просто шнур подпали!

– Только не сильно нам это поможет, – мрачно заметил орк, наблюдая, как вылетевшая из окна постоялого двора молния отлетает от темной сферы, на миг закрывшей фигуру лича. Выпущенные по нему же стрелы и пули постигла аналогичная судьба. – На другую крышу никак не перебраться, да? Ну, совсем хорошо! Вот чего тебе стоило сюда пару длинных досок затащить, а, борода?

– Это ж целые мачты нужны корабельные, – вяло возразил дварф, не желая признавать свою ошибку.

– Как бы я их тут разместил? В обе стороны ведь свисать бы начали. Эй, а это еще что?

На окраине поселка, где стояли только сараи да кузница, послышались глухие подземные взрывы. Один, второй, третий… пятый… В голове орка мелькнула мысль, что давно не было видно гоблина. С грохотом вылетела дверь кузницы, и оттуда выскочил второй лич.

Выглядел он, надо сказать, даже по меркам мертвых неважно. Голый череп был покрыт сетью трещин. Огни в глазницах полыхали как-то несимметрично. В груди наблюдалась здоровенная дыра, словно проделанная пушечным ядром. Некогда роскошный черный балахон превратился в обычную рваную тряпку. Двигаться монстру мешали перевязывающие его тут и там толстые цепи, заканчивающиеся оборванными звеньями.