Чисто семейное убийство

- Да ну, глупости! Сроду они чужое не возьмут. Ладно еще шпильку или ленту, хотя Лиззи на такое не способна. Очень она тихая и набожная девушка, а по весне собирается замуж за сына бакалейщика. К чему ей красть? А Энни...

Кухарка явственно заколебалась, и я подсказала с усмешкой:

- Энни посягает на чужих мужей, а не на безделушки.

Она вздохнула и припечатала:

- Дурочка. Вбила себе в голову, что достойна большего, вот и мается. Все ждет, что какой-нибудь джентльмен предложит ей руку и сердце.

Что-то эдакое, глубоко запрятанное, прозвучало в ее голосе, и я не удержалась от провокации.

- Думаете, не предложат? Энни девушка красивая, яркая.

Кухарка поднялась и посмотрела на меня сверху вниз.

- Богатые на горничных не женятся! - отрезала она без капли сомнений. - Только жизнь глупышке испортят. А она не слушает, все носится с этой мыслью. Даже к ведьме какой-то ходила, та ей ритуал присоветовала на суженого... Только глупости все это.

И тут в голове у меня щелкнуло.

Так-так-так!

Пока я лихорадочно сопоставляла все известные нам факты, кухарка что-то добавляла и помешивала.

Затем она повернулась ко мне. За спиной у нее весело потрескивал огонь, в руках покачивалась на длинной ручке старинная форма для выпечки.

- Ну вот, я все вам рассказала. Теперь вы, наверное, уйдете? Мне нужно рождественский пудинг печь.

Я встала, небезосновательно опасаясь, что в противном случае пудинг может оказаться у меня на голове, и сказала с чувством:

- Спасибо, миссис Чемберс.

Вы мне очень помогли.

- Пожалуйста, - буркнула она неприветливо.

- Последний вопрос, - я дружелюбно улыбнулась, давая понять, что ответ не будет представлять для нее трудностей. - Отчего умерла Оливия Кларк?

Смуглое лицо кухарки вдруг посерело, став похожим на выцветшую фотографию.

- Это было тридцать лет назад!

Я поймала ее взгляд и сказала мягко:

- Вот именно. Вам тогда, если не ошибаюсь, было лет пять?

Прозрачный намек, что она по малолетству вряд ли хоть к чему-то причастна.

А значит, и скрывать ей нечего. Ведь так?

- Семь, - поправила она машинально и мотнула головой. Качнулись в ушах тяжелые серьги. - Я была слишком мала, мало что помню.

Реакция кухарки подтверждала мои пока еще смутные догадки. Так я и поверила, что о загадочной смерти молодой хозяйки слуги просто забыли! В таких тихих местечках волнительные слухи и версии наверняка обсасывали добрых лет десять.

- Очень жаль, - притворно огорчилась я.