Попаданка в деле, или Ваш любимый доктор - 2

И тут в голове некстати всплыл разговор с Лейном. Должно быть, он считает всех женщин, которые хоть чем-то выбиваются из толпы, истеричками. Интересно, этот “недуг” здесь как-то лечат?

Ещё древние греки считали истерию истинно женской болезнью. Туда же приплетали депрессию, тазовые боли и… непослушание. А в просвещённом девятнадцатом веке европейские врачи запирали несчастных в клиники на полгода, излечивая “покоем”. Проще говоря, привязывали к койкам, не разрешая вставать и даже садиться, насильно закармливали и как только не издевались.

Стоит ли говорить, что в большинстве случаев в эти клиники отправляли неугодных жён любящие мужья?

Некоторые коновалы проводили калечащие операции на женских половых органах, удаляли матки, делали “истеричкам” лоботомию. Часто в ход шли наркотики - смесь алкоголя и опиума. Вот и просвещённая Европа, вот и викторианская эпоха. Даже двадцатый век это мракобесие затронуло.

Что ни говори, ситуация страшная. Поразительная халатность и жестокость в попытках обуздать женскую природу, эмоциональность и стремление к свободе и независимости.

Я живо представила, как меня похищают и запирают в комнате с жёлтыми обоями, привязывают к кровати. А потом начинают лечить ледяной водой, лаунданумом и лоботомией. Брр…

Дома меня, конечно, никто не встречал. Тихо, пусто, одиноко, как и в последние годы пребывания в моём прошлом мире. Но здесь у меня был Пискун - знатный нарушитель спокойствия. Тиин сразу полетел на кухню, и вскоре до слуха донеслось шуршание обёртки.

Интересно, не вреден ли для него шоколад? Сам Пискун сказал, что единственное, что ему грозит - это ожирение.

Переодевшись в домашнее, я быстро перекусила и села за учебники. Надо было полистать “Теорию магии”, “Артефакторику” и “Целительство”, везде у меня было пробелы, которые необходимо заполнить. Но, пробегая глазами по строчкам, я ловила себя на мысли, что не понимаю написанного, потому что мысли витают где-то не здесь.

Я вновь и вновь возвращалась то к воспоминаниям Эллен, то начинала крутить браслет-артефакт на запястье.

Иногда я чувствовала себя героиней компьютерной игры, которую надо “прокачать” до самого высокого уровня и заработать все возможные бонусы.

Из задумчивости меня вырвал грохот. Я вздрогнула и захлопнула книгу.

- Пискун! Ты что там уронил?!

Предчувствуя недоброе, я ринулась к выходу, вылетела в гостиную.

- Писку-ун!..