Препод 5

Выбитые зубы, сломанные рёбра и свёрнутые челюсти с фингалами можно вылечить, смерть вылечить нельзя.

- Подерись с ним, - снова пробасил король, - без всяких своих магических штучек. Докажи, что достоин моей сестры. Выиграешь - разрешу ей выйти за тебя замуж, проиграешь, значит она станет женой ярла Годона.

“Вот оно что! - мгновенно прозрел я, - а ярл-то сам Селестину в жёны хочет. То-то меня взглядом прожигает. И королю его кандидатура нравится куда больше моей. Ещё и традицию эту подтянули, чтобы я эту наглую скотину заклинанием не приголубил.

И Селестине деваться некуда, начнёт вмешиваться, не поймут. Вот суки хитрожопые”.

Невольно я восхитился королевской хитрости. И Годон этот, ещё небось рукопашник не из последних, вон кулаки каждый с половину моей головы. Дерётся, наверное, с раннего детства. Спартанец недоделанный. А мне даже изнутри магией себя усилить нельзя. Одна надежда, что благословение Воина снова сработает, божественное вмешательство жульничеством не считается.

- Где и когда? - кисло уточнил я.

- А чего тянуть, прямо здесь и сейчас в круг выйдем, - азартно ответил ярл, поймав одобрительный кивок короля.

- А чтобы драка была честной, также будут присутствовать два придворных магистра, специально приглашённых в качестве наблюдателей, - добавил распорядитель, заставив меня с некоторым восхищением покачать головой.

Теперь точно понятно, что всё подстроено и спланировано сильно заранее. Как бы не сразу с момента, как Селестина заикнулась о свадьбе.

Если аж двух магистров притащили, чтобы я точно ничего не смог применить.

Когда я взглянул на магистров, то понял, что классовой солидарности от них не увижу. Это не Калистратис - бунтарь, пошедший против приказов, отлучённый от знаний и сосланный в академию. Это были спесивые выкормыши имперской системы образования, убеждённые в собственной элитарности, в чьих глазах буквально читалось презрение к тем, кто точно им не ровня. Я имею ввиду себя. Похоже, им рассказали, что я индивидуально не обучался, и звания магистра магии у меня нет.

Ну что ж, раз так, значит придётся побеждать чисто. Правда, пока не совсем понятно как.

Слуги тем временем споро раздвинули столы, организовав по центру зала свободный квадрат. Зрители расступились, а ярл принялся снимать с себя камзол. Следом за камзолом последовала рубаха, и мой противник остался в штанах и сапогах, демонстрируя густо поросший жёстким чёрным волосом мускулистый торс. Руки тоже внушали.