О бедном зельеваре замолвите слово.

– Как избавляться будете?

Я на него даже не обернулся. Поверну назад – засмеют, не избавлюсь от упыря – тоже засмеют. Куда ни посмотри – сплошное неудобство. Хм.

А на кладбище всё же стоило бы сходить. Сделаю им защитное от нежити, да и посмотрю какая могила окажется разрытой.

Созданный магический светляк вызвал презрительное хмыканье за спиной: убивать упыря я не собирался, достаточно отвлечь его внимание и увести подальше. А там и рассвет скоро, а нежить, как известно, солнечный свет не переносит. Если мозги совсем не усохли, то инстинкт должен будет повести упыря обратно на кладбище.

Если нет – сгорит на солнце. Там вообще какие-то сложности с мозговой активностью и памятью у нежити, но некромантией в академии не увлекался. А вот светляк, как наживка, очень даже неплохо зашёл: упырь отвлекся на него, перестав полосовать ворота и пытаясь его поймать. Покружив светом под возгласы деревенских, запустил заклинание на максимальное расстояние – упырь рванул следом утробно рыча. Как ребёнок. Опасный, голодный и мёртвый.

- И всё?

Я уткнулся в грудь охраны. Гриша. Что ж не Ильян-богатырь какой-нибудь… Всё так же подозрительно косится да усмехается в усы. Очень хотелось ответить колкостью, но мне так же очень хотелось спать.

- А вы чего ожидали? Град молний? Взрывов? Огненный дождь? – посмотрел на небо – скоро рассвет. Часа через три где-то. – Назад не вернётся. А если вернётся, то солнце само уничтожит нежить. Поэтому можете не волноваться и спать спокойно.

Удержавшись от того, чтобы не похлопать здоровяка по плечу, покинул смотровую башню: пройти толпу было сложнее.

Все лезли и чего-то хотели, я отнекивался, а от особо рьяных – отбрыкивался. Пару раз меня ущипнули (не буду говорить за что), но вырваться из цепких женских рук всё-таки удалось! Если их выпустить на упыря, то от того даже косточек не останется.

Добравшись до дома, на листке бумаги вывел жирным «не беспокоить!», просунув её в щель между дверью и дверным косяком – кому надо, достанут и прочтут.

А мне спать охота.

Мне опять снилась какая-то дичь, и именно эта дичь, в клюве петуха бабы Глаши, гоняла меня по площади деревни с требованием вернуть перо. Как-то странно совесть проявляется.

День начался с того, что за порогом дома обнаружил крынку молока, пятак яиц, булку тёплого хлеба и ещё продуктов по мелочи, сложенные в корзинку с белой скатертью. Моя вчерашняя записка лежала там же между продуктами, но уже с припиской в виде благодарностей.