Безликие

И даже тебе со всеми твоими волшебными штучками не под силу в одиночку остановить эту лавину, так что кровь несчастных крестьян будет тяжким грузом висеть на твоей благородной совести... Ну так как, рыцарь, драться будем или разговаривать?

Оглянувшись на посеревшие от страха лица Бубла и его телохранителей, Мах убрал руку от меча и проворчал, понурив голову:

– Ладно, я все понял... Лучше без драки... Там, на поляне, я просто проходил мимо, никого не трогая, и заметил себе под нос, что ваши ребята очень уж заволосатели.

Вежливо посоветовал им подстричься, даже собственные ножницы предложил, но они почему-то разобиделись, ощерились и кинулись на меня чуть ли не всей стаей... Ну я, понятное дело, испугался и себя не помня...

– Красиво причесываешь, – похвалил Влад. – Прям, как я в молодости, любо-дорого послушать. Только нам, мил человек, совершенно плевать, кто там на поляне кашу заварил, наши братки или ты. Дело даже не в том, что ты завалил пятерых оборотней – мы вчера прирезали пятерых людишек, так что квиты.

Неприятно другое: по твоей милости из когтей наших парней выпростался очень нам нужный пленник. Скажи, где он теперь, и считай, что мы больше не держим на тебя зла.

– Это тот мужик, что стоял у дерева и вопил?

– Он самый, – подтвердил Толн.

– Господа оборотни, – взмолился Мах, – помилосердствуйте! Ведь уже больше суток прошло. Откуда мне знать, куда его унесло за это время?

– Не свисти, рыцарь, – обиделся Колп.

– Зачем же ты его спасал, если тебе не было дела до его судьбы.

– Никого я специально не спасал, – поторопился объясниться Мах. – Все вышло совершенно случайно. Проходил рядом, услышал крики о помощи. Как благородный рыцарь я не мог не вмешаться и принял сторону слабейших... После боя выяснилось, что этот, у дерева, вовсе не был привязан: перед нападением ваших гномы успели перерубить его путы. А он, вместо того чтобы взять в руки оружие и помочь гномам отбиваться, предпочел прятаться за их спинами и вопить о помощи.

Я трусов с детства презираю и, когда узнал... чуть сам этому балбесу голову не снес. Потом я кое-как перевязал израненных гномов и пошел своей дорогой. А где сейчас тот трус, я не знаю, да и знать не хочу. Кстати, на поляне должно было остаться множество его следов, а оборотни, насколько мне известно, следопыты изрядные...

– Подземная магия гномов, будь она трижды неладна! – в сердцах рявкнул Толн.