Очень Страшный Властелин. Том II

Как-то незаметно наступил «час стрелки»: две группы в полную луну стояли друг напротив друга, прожигая вражин злобными взглядами. Со стороны Перуна была группа из тридцати человек, когда с моей стороны были как ужасы, так и люди. Наше суммарное число достигало сотни самостоятельных единиц, хотя, естественно, могло быть и намного больше — просто не хотел спугнуть божка.

Честно говоря, как и с его стороны, так и с моей, количество особо не играло роли: массовка. Мясо, если грубее. Что могут сделать смертные против аватара бога? Даже могущественные говорящие не могут так скручивать реальность, как это могут сделать боги или совсем уж обожравшиеся душами ужасы за сколько-то там столетий.

Боги, явления, — всех этих весьма и весьма специфических духовных существ можно было именовать по-разному, — были сильнее. Раньше были ещё могущественнее, их свет был чистый, настоящий, пока с ними массово не стало что-то происходить, но даже так — сравнивать было просто бесполезно.

Если бы этот старый пердун знал, против кого пошёл на стрелку, то уже бы поковал божественные чемоданы. Я помню, как подобных мне ненавидели боги, как боялись и пытались уничтожить любыми возможными методами. И чем больше проходило времени — тем сильнее это чувствовалось. Что-то подсознательное? Да пофиг. Уже не так важно.

К сожалению, прошло просто слишком много времени.

— Если честно, я был уверен, что ты испугаешься, — решил нарушить я тишину, вынырнув из своих мыслей. — Перед походом принял таблетки, дед?

Божок в теле своего жреца широко улыбнулся. Погода вмиг испортилась, задул сильный ветер, начала подниматься самая настоящая буря. На тело, сам материальный мир, словно на реальность наложили ещё одну. Гад решил сразу пойти с козырей — развернул своё личное пространство на материальный мир, грубо говоря, увеличив ещё больше перечень своих прав на окружающий мир и уменьшив их у остальных.

— Бредкий смертный, — засветились глаза аватара. — Если думаешь ты, что просто избежишь суда…

— Избегу, — показал средний палец деду я, решив не затягивать этот фарс. Он так и не понял, кто перед ним стоит, показушник старый. — А твою душу сожру и узнаю, что за хрень здесь происходит.