Очень Страшный Властелин. Том II

— Лохи, те единицы, которые выживают там, где не выживает никто, потом добиваются и не таких успехов. В фильмах видел.

Никогда ещё не выдавал настолько душевных мотивационных речей.

Парень, немного обалдев от моего монолога, кое-как поднял на меня голову, помолчал, окончательно зависнув, увидев подростка в чёрных очках с битой в руках, после чего истерично заржал.

— Солнцезащитные живые очки, твою мать! — захихикал нервно Димка. Очки не живые, просто немного двигались. — Ёб твою бабуш…

— А вот это зря, — прищурился я, стукнув по лбу парня, сразу потерявшего сознание.

— Я тебе не дотер.

И вновь грянул гром.

Исцелив этого искателя юбок (далеко не полностью, чтобы не тратить слишком много сил), вернул его на поляну, кинув в ближайший куст, предварительно защитив от бури — совсем небольшое воздействие на материю и непогода ему теперь не страшна — спасибо его страху за то, что многократно облегчил воздействие на душу и тело.

Тени же перевели своё внимание на оставшихся ребят: ужас изменил свою тактику, начав действовать ещё более масштабно — я видел, как область вокруг палаток начала искажаться и погружаться на совершенно иной план.

Обычный человек не увидел бы ничего такого, ибо, чисто технически, палатки не изменили своё положение в пространстве, нет. Вместо этого одну реальность, более… неструктурированную и зыбучую, наложили на нашу, материальную.

Если честно, я начинаю восхищаться мастерством ужаса. Понятно, почему его ещё не поймали — другая весовая категория. Леди же, как мне удалось узнать, привязана к полю, так что оставалась только старуха, защищающая деревню, что у неё получалось прекрасно, но не когда речь идёт о ком-то настолько искусном.

Скрытый самим миром, зашёл в искаженное ужасом пространство, который, кажется, сам получал удовольствие от своих игр, иначе я не могу объяснить, почему услышал Шопена. Как-то оно не вяжется с тем, что я вижу.

Что я там такого видел?..

Ну, стоило мне зайти в эту область, как пространство изменилось и мы оказались в какой-то закрытой яркой комнате, где тени танцевали вокруг палаток, из которых можно было легко услышать плач Настеньки и ещё одного парня — Паши.

Если верить мыслям девушки, так его звали.

И что-то я сомневаюсь, что они слышали игравший Весенний вальс. Хмыкнул. Всё же, я предпочитал более живую и драйвовую музыку, на крайний случай, могла под настроение подойти гнетущая и «страшная», но никак не расслабляющая и успокаивающая. Не тот тип характера.