Очень Страшный Властелин. Том II

Девушка, так до конца не поняв, что происходит, подошла к видеокассете и спокойно, не обращая внимания на шипение черепа, достала кассету.

— Ша-а-а-а-а-а!!! — совсем расстроилась ужас, видя, как её вместилище взяли и отобрали.

Девушка передала мне кассету, после чего я, окинув её взглядом, просто сжёг холодным огнём, не обращая внимания на вопль отчаяния существа.

На следующее же утро спокойно ушли, оставив ужас торчать в телевизоре, предварительно распространив вокруг немного концентрированного страха из своих запасов, чтобы привлечь внимание ужасов, а вместе с этим и охотников.

Было бы интересно посмотреть на японцев, когда они придут на чистку и увидят застрявшее в телевизоре чудище, хе-хе-хе.

Мы же с Норочкой продолжили поиски, занявшие пять дней, пока в какой-то момент не наткнулись на знакомые ориентиры, которые барышня ещё помнила. Узнаваемая местность находилось между Тоямой и Исикавой, далеко за городом. Всё было до того покрыто разной зеленью, что найти ориентиры было на грани возможного — если бы Норочка не узнала два возвышения, то это мог бы быть полный провал.

А там, сузив многократно область, найти заброшенные заросшие зеленью руины было просто.

И именно там, к моему удивлению и чистейшему шоку Норочки, только успевшей погрузиться в ностальгию, недалеко кое-кто обитал. Кое-кто, явно способный определить мои, так сказать, духовные корни.

Глава 15

Храм выглядел неважно и это мягко сказано — фактически, никакого храма почти и не осталось. Одни лишь голые куски стен, покрытые зеленью, тотальная разруха и печаль, которую, впрочем, испытывала только Норочка.

Изначально место поклонения этого божка и так было не большим — обычно храмы представляют собой что-то более… монументальное, но в данном случае «сородич» явно не был кем-то влиятельным или даже уважаемым — не было ни заднего дворика, ни каких-то залов, а лишь один небольшой, опять же, полностью разрушенный даже не «храм», а «храмик».

Барышне, конечно же, этого я говорить не стану.

Внутри храма (хех, «внутри», а было ли оно?), освещаемого лучами сквозь дыры в потолке, — и опять же, ха-ха! — солнца, единственной примечательной вещью была статуэтка — маленькая, стоявшая на небольшой подставке, она ранее явно была представлена более чопорно, о чём намекал выломанный карниз, но сейчас передо мной было откровенно жалкое зрелище.