Бальмануг. (не) Баронесса

И хотя живот настойчиво напоминал, что пора ужинать, Хелен лишь без сил рухнула на кровать, стоило болтушке Шелли после долгого пребывания в номере наконец-то выйти за дверь.

На первый взгляд это действительно была приличная гостиница. Небогатая, но чистенькая. На постели не было видно клопов, тараканы с потолка не падали, как пару раз видела Хелен в других городках по пути, сыростью не воняло. Ей досталась совсем небольшая комнатка, лишь с одним окном, зато с отдельным крошечным санузлом, где всего-то помещался рыжеватый керамический унитаз да широкий медный рукомойник.

Узкая, но крепкая кровать под серым добротным покрывалом, пусть и стареньким. Квадратный стол под окном с серым занавесом, стул с твердым потертым сидением, зато не скрипучий. В нише за плотной шторкой нашлась перекладина для вешалок и пара полок для одежды. Скромно, но вполне уютно. Даже потертые местами, но чистые коврики лежали перед дверью и у кровати.

Тяжелый день, переживания с досмотром документов у городских ворот и новая порция информации об этом мире, что "воскресла" из памяти прошлой Хелен, окончательно доконали девушку.

И бедная попаданка отключилась прямо в одежде и голодной.

***

Утром Хелен встала до рассвета. По привычке, что ли – в таверне все работники вставали рано. Да и в торговых караванах обычно поднимались засветло. А тут еще и желудок опять настойчиво напомнил о себе. И девушка отправилась вниз, где на первом этаже гостиницы должна быть столовая.

– Баронесска? Ты чего так рано встала? Разве эйры встают так рано? – Громкий голос активной с самого утра Шелли своей звуковой волной чуть не сбил с ног спускающуюся Хелен.

Узнав, что постоялица изволит отзавтракать, молодая шитера ухватила ту за руку и потащила в сторону обеденного зала. Словно такая доставка клиента к столу входит в местное обслуживание. Или, можно подумать, Хелена бы передумала завтракать. Где еще ей искать еду так рано в чужом незнакомом пока городе?

От говорливой Шелли нельзя было избавиться. Она уселась за стол к Хелен, даже не спросив разрешения, как следовало бы по этикету, как напомнила просыпающаяся память бывшей баронессы, и с такой простецкой непосредственностью засыпала вопросами гостью, что та даже опешила.

Хелен пыталась вежливо и коротко отвечать, но была буквально погребена под лавиной новых и новых вопросов. Шитеру интересовало всё – жизнь за пределами столицы, новости из других городов и даже с какими товарами ехали в сторону столицы купцы в одних караванах с Хелен.