Бальмануг. (не) Баронесса

Черты его лица были гораздо более грубые, словно рубленные. И менее человеческие, нежели у Шелли. Но такой же приплюснутый нос посередине, темные губы, выпуклые скулы – практически всё, как у людей. Но глянешь, и сразу понятно – нелюдь.

Хелен испуганно сглотнула, сталкиваясь взглядом с этим здоровяком. Если бы вчера он был за стойкой ресепшена, то она бы бежала из "Синего пескаря", лишь пятки сверкали. Как хорошо, что вчера Шелли дежурила! Словно местные боги, о которых Хелен еще не вспоминала, благоволили попаданке.

– Д-доброго вечера! – едва выдавила из себя Хелен, видя, как вопросительно приподнимает густые брови шитер, напугавший ее своей массивностью. – Я... здесь живу, – добавила зачем-то она.

И вот точно темные глаза мужика как-то сверкнули. А она, то есть бывшая Хелен, раньше почему-то совершенно не интересовалась другими разумными расами своего мира. И вот что ей, нынешней Хелен, со всем этим делать?! Как людям положено общаться с шитерами? Просто пройти молча мимо? А он ее не укусит за такое пренебрежение? Хотя, что за глупые мысли, но вон у него и челюсть вроде бы как-то сдвинулась вперед.

Или положено вначале вежливо поинтересоваться погодой, делами и самочувствием семьи? Или семью лучше не упоминать?

Однако мужчина молчал, не стремясь подсказать гостье города – да что там, целого мира – как себя вести с его расой.

Не выдержав, Хелен сделала осторожный шаг в сторону лестницы. Шитер громко фыркнул и опустил темный взгляд на что-то внизу, скрытое за высокой стеной стойки.

Девушка отважилась сделать еще несколько мелких шагов в сторону лестницы, как вздрогнула от резкого оклика:

– Ужин! – Метнув взгляд на нечеловеческой мощности администратора, заметила, как шитер кивнул в сторону столовой. – Там.

"А потом мне опять мимо него проходить?! – похолодело где-то в животе у Хелен под пронизывающим взглядом нечеловеческого огромного мужчины. – Нет уж, спасибо! Лучше поголодаю". Тем более что за ужины надо было платить отдельно, а она была в режиме жесткой экономии.

– Я... – Хелен хотела соврать, будто уже поужинала, но чужой взгляд словно проникал внутрь, и будто нелюдь заранее знал, что человечка сейчас соврет.

– Кхм, потом поем, – добавила девушка и поспешила прочь из фойе в сторону лестницы.

Эхо ее быстрых шагов разносилось по тихому просторному залу. И только у двери своего номера девушка перевела дух, глубоко выдыхая.

"Ох, божечки! Какие же они... заметные!".