Элина в деревне оборотней

И так неудачно получилось, что лишние капли не удержались и упали прямо на сунувшегося под руку парня. На нос, на щёку и на футболку. Совершенно случайно, сама она никакой диверсии не планировала.

— Ну куда ты лезешь? — сердито произнесла Элька. — Что за дикие нормы поведения у вас тут в ходу? Сначала пугаешь, потом молчишь и пялишься, а теперь вот работать мешаешь… Если есть что сказать, то говори. А если нет — то иди отсюда, пока Алевтина Степановна не вернулась и не прогнала тебя.

Оборотень сорвал лист подорожника и размазал бирюзу по лицу.

— А ты девчонка с характером, — то ли утвердительно, то ли вопросительно произнёс он. И даже толика уважения почудилась Элине в его голосе. — Я сразу понял, что с тобой просто не будет. Но так даже интереснее.

Элька с трудом уняла появившееся вдруг желание вылить краску этому хаму на голову. А что, красиво бы получилось — сам бирюзовый, а футболка красная. Интересно, сохраняется ли цвет при обороте? Волк с бирюзовой шерстью — почти мифическое животное, такого только на выставках показывать, на поводке и в наморднике.

Она представила обряженного в сбрую наглеца и не удержалась от смешка. Уж очень комично смотрелись бы ремешки на его самодовольной роже.

— Ты чего?

— Смешинка в рот попала.

— А с бровями что?

— Выпали. От свежего воздуха и здорового питания. Теперь всегда так ходить буду.

— Издеваешься? — до гостя наконец-то дошло.

— Ты вроде извиняться пришёл? — Элька ответила вопросом на вопрос и вернулась к покраске.

— Да… Сложно говорить, когда от тебя отвернулись, — не дождавшись реакции на свой толстый-претолстый намёк, он продолжил: — Это мой волк тогда тебя напугал.

— Тогда — это когда?

— Ночью. Ты окно открыла, а он от твоего запаха контроль потерял… Ну, и стал внутрь ломиться.

— А… Значит, это тебе солью под хвост досталось, — как Элька ни старалась, полностью скрыть злорадство ей не удалось. Да как у этой скотины вообще наглости хватило прийти сюда после такого и разговаривать, как ни в чём не бывало! Приличный бы человек от стыда под землю провалился и вылез обратно с красными щеками.

— В бок, — поправили её, — уже всё прошло, не беспокойся.

— Да я как бы и не собиралась, — Элька закончила с этим квадратом, слезла и перетащила табурет дальше. Оборотень следовал за ней по пятам. — Если тебе нужно моё прощение, то я тебя прощаю.