Любовь от гроба

Нашли бы заморенного голодом через пару лет и долго бы сокрушались о чудовищной ошибке, если бы вообще вспомнили, кому мог принадлежать маленький детский скелет.

Но Херк, принимая дела предшественницы, подошла к ним со всей ответственностью. Пусть мальчик и не герцог по крови, но если ему придется сражаться за титул, пусть его защитит хотя бы герцогское воспитание.

Она не знала, была бы она так великодушна к чужому приемышу, если бы только могла надеяться на собственных детей в этом браке. К счастью, чисто физиологическое отвращение герцога-человека к самой ее расе, к полуросликам, в постели избавило ее и от надежд, и от необходимости поступаться совестью, выживая из замка конкурента родной крови.

Первым браком муж был женат на эльфийке. Наверное, после нее ни человечка, ни... "Карлица", как однажды назвала Херк одна из оставленных той эльфийкой горничных перед тем, как вылететь на мороз без выходного пособия и рекомендаций, просто не может быть достаточно хороша.

Херк поймала себя на том, что нервно дергает завитой каштановый локон, и смотрит, как он пружинит, возвращая форму.

Решительно пригладила волосы.

— Вам не нравится эта легенда, Ваша Светлость? — мягко спросил Дуду.

Ну вот, совсем расклеилась, уже и гувернер заметил...

— Как легенда может нравиться или не нравиться? Она просто есть. — ровным тоном ответила Херк, — Чайду, уверена, вы не можете не знать, что у каждого сколько-нибудь знатного рода есть подобная легенда. И непочтительно было бы с моей стороны недооценивать нашу легенду, и тщеславно было бы принижать чужие.

Кто бы ни были сказители, придумавшие их первыми, их состязание давно уже кончилось, нам осталось лишь наследие. Наследие драгоценное, которое надлежит доставать из сокровищниц в торжественных случаях и показывать людям, чтобы развеять их скуку блестящим рассказом.

— Вы вовсе не верите в реальность этих историй?

— Я верю, что светлейший предок моего мужа и впрямь прикрыл короля щитом в бою. — Херк холодно улыбнулась, — но мне трудно поверить в дев, живущих в озере.

— Ну вот, ну вот, не вы ли три дня тому давали распоряжение касательно нападения русалок?

— Хотите сказать, речь в легенде идет о нежити?

По красивому лицу Чайду пробежала тень недовольства.

— Конечно нет, — отрезал он, — в легенде речь идет о феях.

— А чем феи дышат под водой? — встрял мелкий.

Последние несколько минут он замер на своем сиденье и все поворачивал голову, пытаясь разглядеть выражения лиц спорящих взрослых.