Десяток невозможностей до завтрака

В первые секунды ничего не было видно, кроме зеленой мути кругом. Глаза нещадно жгло. А еще воздух в легких как-то очень быстро заканчивался. Тася упрямо сделала шаг вперед и еще шаг. И еще. Поверхность воды над головой становилась с каждым шагом все дальше и выше. Знать бы еще, туда ли она идет… но ведь парни нырнули еще раньше, а значит, у них воздух и вовсе давным-давно закончился! Да и не могли они вдохнуть как следует, зачарованные же шли…

Про сирен и их песни Тася тоже читала когда-то в одной из привезенных отцом книг.

Сирены поют сладкими голосами, которые очаровывают мужчин. Заманивают их к себе на дно морское… а потом тех очарованных больше никто никогда не видит. Что уж делают сирены со своими пленниками на дне морском – никто не знает. Но точно ничего хорошего!

Тася стиснула покрепче пальцы на ручке сковородки. Почему-то это придало уверенности. И сделала еще один шаг.

Воздух в легких наконец закончился.

Девушка прижала к лицу свободную руку, чтобы нечаянно не вдохнуть воду.

А видно, как ни странно, становилось все лучше. Вода вокруг делалась все прозрачнее. И вокруг было… красиво. Неожиданно красиво. Покачивались зеленые, красные и синие водоросли. Диковинными цветами растопыривались кораллы. Туда-сюда сновали стайки разноцветных рыб. По дну пробегали деловитые крабы, а один раз Тасю потрогал за ногу осьминог.

Взвизгнув, девушка взмахнула руками и отскочила… и только после этого сообразила, что только что произошло.

Она взвизгнула. То есть набрала в легкие воздух и издала звук. Но вокруг нет воздуха, кругом только вода!

Осторожно отняв от рта снова прижатую к нему руку, Тася попробовала сделать вдох.

И ничего не произошло. То есть – ничего страшного. Вдохнула и выдохнула. И еще раз.

– Это как же? – вслух озадаченно спросила девушка и понаблюдала, как стайка пузырьков устремилась от ее рта к поверхности.

Кругом по-прежнему была вода, которая колыхала и раздувала платье. Время от времени чувствовались и подводные течения, то теплые, то холодные. Рыбы и другие подводные обитатели все так же сновали туда-сюда, а поверхность виднелась далеко вверху. И все-таки Тася могла дышать здесь и даже говорить.

– Все чудесатее и чудесатее, – снова вслух произнесла она и решительно двинулась дальше.