Как я учился в магической школе (Ученик поневоле)

      — Расщепление собственного тела и перенос с точной сборкой в другом месте, — авторитетно заметил Сергей Юрьевич, успевший вслед за директором замахнуть свою порцию и теперь смачно хрустящие опять непонятно откуда выуженным огурцом. — Мастер, ничего не скажешь, это тебе не телепортация какая. Будешь?

      Проследив за его взглядом, я увидел оставленный ректором стакан и согласно кивнул. Снова забулькало, повторно наполняя стаканы из той же бутылки, в которой, казалось, жидкости совершенно не убавлялось… но я уже ничему не удивлялся.

      Глушаков оказался товарищем запасливым, и на свет появились сначала банка солёных огурцов, затем шмат сала с краюхой серого хлеба, и в довершение пучок зелёного лука, свежего, словно только что с грядки.

      Тщательное нарезание всего этого богатства пусть и не до конца, но расслабило стянутые в напряжении нервы, как сделала бы это любая однообразная, не требующая навыков деятельность. А обжёгшая горло сорокоградусная привела в относительную норму болтающееся где-то на уровне плинтуса настроение.

      Зажевав лучком, я соорудил и отправил в рот бутерброд из хлеба с уложенным поверх салом. Довольно замычал, показывая большой палец трудовику. Прожевав, сообщил:

      — М-м, вкуснятина!

      — Ага, — довольно кивнул тот. — Тёщино.

      Я невольно улыбнулся.

      — И как тёща?

      Тут уже пришел черёд Юрьича, как я уже начал его про себя называть, показывать большой палец:

      — Во! Мировая мадам.

Замашки только старорежимные, но при мне сдерживается. Опять же, я после женитьбы год с ней воевал, всё нос воротила от зятя. Но ничего, теперь вон даже сама иной раз в гости зовёт.

      — А я вот не сподобился, — вдруг с грустью сообщил я, вспоминая своё житьё там, на Земле. Тридцатичетырёхлетний холостяк, мда… Ну хоть не девственник. Были знакомые дамы, были и подруги.

И даже что-то с намёком на серьёзные отношения. Но… не судьба, видимо.

      Трудовик покачал головой и с искренним сочувствием спросил:

      — Эк ты. А что, хорошую не нашёл?

      — Наверное, — пожал я плечами. — А может, во мне чего не так.

      — Ты это брось, — наставительно заявил Глушаков, разливая ещё по одной, — мужику самокопанием заниматься — последнее дело.