Прошка Лебеда и жезл некроманта

А Прошке в очередной раз предложил пройтись.

— У меня, друг, для тебя особый подарок. Идея твоя о дорожной службе одобрение царя-батюшки получила.

Прошка от радости чуть на месте не подпрыгнул, но вовремя себя остановил. Решил, что негоже семеркам козлом скакать. А ну, как увидит кто. Инквизитор меж тем продолжал:

— Выделили тебе на организацию средства. Людей дозволили набрать для своих нужд. Так что, дерзай. Порядок на дороге наводи. Казну штрафами пополняй, да… — Володя остановился. Огляделся по сторонам не слушает ли кто.

Подошел вплотную и шепнул на ухо: — Друзей не забывай.

Прошка в ответ одобрительно кивнул. Не переживай, мол. Не первый день живем.

Штат набрал из людей доверенных. Казимира с Даздрацарем, которые едва оправились от амазонских истязаний, Прошка взял постовыми. Они на крупных перекрестках стояли, да головами по сторонам крутили. Чуть кто не в свою очередь поедет, или через проезжую часть перед телегой какой проскочить решит, они тут как тут. Хватают наглеца, да к Прошке тащат.

А у того с такими разговор короткий, но деловой. На золотые монеты пересчитанный. Яшку с Чернавкой в патруль записал. Чтобы по городу ходили, да ежели кто похулиганить решит, догнали и обезвредили. Для этих целей у патрульного всегда арбалет с тупым наконечником имелся, да кистень. Тот самый, каким он когда-то начальство нынешнее оприходовал.

Старшим над коллективом этим Прошка Агафона поставил. Вот кто правая рука, так правая рука. И поможет, и подскажет, и по шее даст, кому требуется. Боялись его и уважали.

Потому как был он честным и справедливым.

А начальник службы — Прошка Лебеда был предприимчивым. Все старался благосостояние царской казны нарастить. Все новые правила придумывал, многовековые устои ломал. То пьяным извозчикам ездить запретит. То укажет всегда по правой стороне дороги мотаться. В общем ворчать ворчали, но выполняли. Потому как денег на штрафы жалко было. Да и происшествий на дорогах в разы меньше стало. Все его заслуга! Прошки Лебеды.

И днем и ночью корпел он в своем служебном тереме над правилами и уставами новыми.

А супружница его Марьяна обед ему носила. Самой то ходить и не просто было. Шутка ли? Шестой месяц, как на сносях. А голодным мужа не оставляла. Знала, что без нее окончательно истощает. Итак кожа, да кости. И центнера не наберется.

Июль к концу шел. Тепло было. Жарко даже. На дорогах тишь, да гладь. Худо-бедно научил водил местных правила соблюдать. Сидел Прошка в своем рабочем тереме, да в окошко смотрел.