Прошка Лебеда и жезл некроманта

— Отвечу, отвечу, — закивал Прошка и принялся за дело.

Полчаса спустя, стоило ли так торопиться, дружина в конном строю построилась на поляне перед конюшней. Прошка и Евкарпий, выйдя на порожек, наблюдали за новым для себя зрелищем. Доспехи воинов блестели на солнце. Головы были обнажены. Как не старался Прошка, а своих знакомых не разглядел. Ни Агафона, ни Яшки в строю не было. Как видно, они оказались в той части войска, которую оставили охранять город.

Перед ровными рядами дружинников на своем боевом коне курсировал то вправо, то влево воевода.

Мужик лет пятидесяти. Как здесь было принято, с густой бородой, да хитрющим прищуром, глядя на который некромант заключил, что с таким нужно держать ухо в остро. Вояка толкал речь.

— Не посрамим государство и царя-батюшку, братья! — кликнул он.

Дружинники отозвались крепким, слаженным «Ух!»

— Дадим отпор злому ворогу!

— Ух!

— Победим, или погибнем!

— Ух!

— Кто напал то, брат-воевода? — поинтересовался один из дружинников.

— От северной заставы нашей, где Леший со своим отрядом стоит пришло донесение о приближении рогатых, — стал объяснять воевода.

— Принято решение объединиться с древесными, да дать отпор врагу на дальних подступах.

— А сколько рогатых? — поинтересовался другой дружинник.

— По донесениям Лешего немного. Десятка три. Будете меня слушаться, сладим…

— А сухой паек в дорогу предусмотрен? — заголосил третий.

— Тьфу! — выругался воевода. — Развели демократию. Мы быстро. Туда и обратно. К вечеру вернемся.

Да хватит вопросы задавать. Поехали.

Воевода махнул рукой, и дружинники степенно один за другим двинулись по направлению к дикому лесу. Туда, откуда пару дней назад с Агафоном и Яшкой, прибыл в город сам Прошка.

— На черта идти? — удивился некромант. — У Лешего такие громилы есть, ни один рогатый не устоит. Кем бы он ни был.

Прошка вспомнил, как путешествовал вниз головой схваченный гигантским деревом, и по телу пробежала дрожь.

— А ты по чем знаешь? — удивился Евкарпий. — Не уж то в лесу был?

— Был, — кивнул довольный собой Прошка.

Внезапно оказалось, что здесь в чужом мире он знает о чем-то больше местных. Это было приятно.

Когда войско тронулось, конюхи синхронно повернулись спиной к дружинникам и собрались уже вернуться в помещение, чтобы отдохнуть, когда…

Что-то заржало. Гикнуло, крикнуло. Раздался грохот, затем отборный мат. Конюхи обернулись и ахнули. Боевой конь воеводы стоял гол, как сокол, а его хозяин выл, катаясь по земле.