Доктора вызывали? или Трудовые будни попаданки

Но я не могла долго пользоваться чужим гостеприимством, тем более неведомое чувство гнало меня в путь. Может, это печать так работает?

Я утрамбовала в дорожный мешок небогатый скарб и разжала ладонь. Огненно-красный знак горел так же ярко, как и вначале. Потом склонилась над кадкой с водой и замерла, увидев отражение.

На меня смотрела девушка хоть и с миловидным личиком, но никак не красавица. Большие светлые глаза глядели немного растерянно, рот приоткрыт от удивления. Нижняя губа более пухлая, чем верхняя, как и у меня прошлой.

Да, у нас есть некое сходство. Сейчас бы зеркало нормальное…

— Вот, пирог с собой испекла, — Лайна сунула мне в сумку заботливо завернутый в чистую ткань гостинец. — Девка ты хорошая, сразу видно, не грех и позаботиться.

Поддавшись эмоциям, я крепко обняла Лайну и долго не могла отпустить. В этих объятиях крылся и страх перед новым миром, и желание спрятаться, и тоска по давно ушедшей бабушке. Лайна была первым человеком здесь, который проявил бескорыстную доброту и участие.

— Спасибо вам, — прошептала ей в шею, вдыхая теплый домашний аромат.

— Ты заходи в гости, если в наших краях будешь. Удачи тебе, Аннис. Береги себя.

На прощание женщина даже всплакнула, Лик провожал меня угрюмым молчанием. Вывернулся, когда попыталась его обнять, и умчался прочь, не попрощавшись. Чем я его обидела?

Я шагала по дороге, из головы никак не шел образ спасенного мальчишки. Внутри свербило чувство, будто я сделала что-то неправильное, но что еще я могла?

Вот и деревня осталась позади, и вдруг — топот за спиной.

Я остановилась и медленно обернулась. На всех парах ко мне мчался Лик, а под мышкой у него болтался Уголек. Коту явно не нравилась такая тряска, он глядел обреченно, только кто его спрашивал?

— Ты чего это? — спросила, когда парнишка догнал меня.

Он тяжело дышал, щеки раскраснелись, а рубашка взмокла.

— Только не ругайтесь, ладно?

— И мысли не было, — я улыбнулась уголками губ. — И все же, что ты задумал, Лик?

Он посмотрел виновато и стал ковырять землю мыском ботинка.

— Можно я с вами отправлюсь?

— Ты решил сбежать из дома?!

Он глянул на меня с вызовом.

— Я уже взрослый, мне двенадцать лет!

— Совсем дитя еще, — я схватилась за сердце. — А как же твои родные? Что скажут тетя с дядей?

— Я давно хотел уйти, я им не нужен. А если доберусь с вами до столицы, то смогу устроиться в какую-нибудь лавку подмастерьем, я много чего умею! И вдвоем путешествовать веселее.