Первый практикум. Напиток бессмертия.

Он успел было подумать о том, чтобы прыгнуть в воду и нырнуть под плот, но заметил в руках некоторых воинов горящие стрелы. Плот сожгут, а их расстреляют в воде. Виктор открыл рот, чтобы что-то закричать, сам не зная, что, но осёкся.

К самому краю плота медленно и уверенно вышел человек, которого Виктор не знал. Его чёрный силуэт, казалось, мерцал в зыбком свете факелов. Он был высок, жилист и строен, одет лишь в короткую набедренную повязку, на предплечьях, плечах и голенях сверкали толстые золотые браслеты.

Длинные, до плеч, волнистые волосы незнакомца разметались в разные стороны. Он бесстрашно встал лицом к стрелкам, как-то медлительно поднял руки. Мужчина вытянул левую ладонь вперёд, а правую сжал в кулак, будто держал невидимый кинжал остриём в небо. Человек с шумом глубоко вдохнул и низким звучным голосом монотонно запел:

– Аум намах шивайя[4] , аум намах шивайя, аум намах шивайя…

Воздух вокруг налился каким-то гудением и силой. Волоски на затылке Виктора встали дыбом.

– Товьсь! – рявкнули от крепости.

Лучники на стене и мосту, повинуясь команде, вложили стрелы в луки.

–… аум намах шивайя…

– Цельсь! – рявкнули тем же голосом.

Воины слаженно вскинули луки, направив стрелы вверх. Мгновение тишины. Плот скользил без единого всплеска. Дождь тихо шелестел и рябил водную гладь, разбивая отражение неверного света факелов в ажурные кружева. Все участники действа застыли без движения, их странный спутник протянул долгое «ааааоооооууууммм»…

– Пли! – грохнуло со стены.

Воины одновременно спустили тетивы, воздух вспорола сотня стрел, каждая несла на своём острие смерть. Все они летели точно в плот, где застыли беглецы, не имея сил закрыть глаза, вздохнуть и пошевелиться. Виктор внутренне сжался и ощерился, как загнанный зверь.

Бабах!

Стрелы разом грохнули в невидимую преграду вокруг плота и вспыхнули нестерпимо-ярким золотым пламенем. Огонь взревел и взметнулся вверх в виде трёх красивых резко очерченных лепестков[5] . Заискрился северным сиянием странный купол над плотом и лопнул на тысячу золотых искр с беззвучным, но ощутимым хлопком.

Ударная волна погасила факелы и повалила стрелков с ног. И так же внезапно всё исчезло.

Со стороны крепости больше не было слышно ни звука. С неба в абсолютной тишине падали капли и медленно опускались затухающие искры вперемежку с пеплом. Искры издавали тихое шипение, погружаясь в воду. Виктор наконец смог перевести дух и оторвать взгляд от удаляющейся крепости.