Трубадур: Начинающий артефактор.

– Еще не раздумывала над тем, за кого выйдешь?

Девушка резко наступила каблуком на ногу брату, уже вскинувшемуся для своей реплики типа: «За меня и никого более!». Лари, захватав ртом воздух, приуныл под удивленными взглядами Валентиев и одобрительным Лактора. Ло же спокойным голосом, скромно опустив взгляд, смущенно произнесла:

– Нет, мэтра. Думаю, мне еще рано задумываться над замужеством.

– Тебе уже пятнадцать, до совершеннолетия остался год, и ты еще говоришь, что рано? – приподняла бровь Лукина.

– Ох уж это молодежь, совершенно не думает о будущем, – ворчливо произнес Лактор.

– В мое время в шестнадцать у девушек уже второй ребенок был, а то и третий. Сейчас же они в университеты хотят всякие. Дело женщины – очаг и дети! Мужчинами оставьте науку и войны.

– Вито рассказывал, что в его мире семьи принято создавать в двадцать пять-тридцать, – подала голос Миранда.

– Что?! – Лактор и Лукина резко повернулись к девушке, отчего та, испуганно начала заикаться.

– Ну, тогда, как он сказал, большинство людей становятся на ноги.

Отучиваются, находят работу.

– Потрясающая безответственность! –воскликнул Лактор, а Лукина напротив, с любопытством попросила:

– Ну-ка, а поподробней.

– Ну, он рассказывал, что в его мире обязательно девять лет учится, некоторые учатся даже одиннадцать, это школой он называл. Потом еще пять лет в университете или колледже, ­– при упоминании университета, Лактор скривился. – После учебы они получают диплом, с которым ищут работу. Когда находят, много работают, обустраиваются.

И только потом задумываются о семье. Причем, как девушки, так и мужчины.

– Какой странный мир! А жить-то когда? Если они учатся пол жизни, а потом еще и работают, – Лукина буквально сгорала от любопытства.

– Ну, Вито говорил, что учеба не мешает многим заводить семьи в более раннем возрасте, и отдыхать тоже можно.

– И что, прям все учатся? – с недоверием спросил Лактор.

– Ну, это общеобязательно. И если человек не учится – не видать ему хорошей жизни.

– Да, Вито говорил что-то подобное, – задумалась Лукина.

– Он тогда учился нашему языку. Кажется, «как можно стать кем-то, не зная, кто ты»? Я тогда не особо поняла, но сейчас, дошло, кажется.

– И все-таки странный мир!

– Может там живут дольше, поэтому и семью заводят так поздно, – пожала плечами женщина.

– Это ж сколько? – усмехнулся Лактор. – Сто? Сто пятьдесят лет?

– Может и столько, ты спроси Вито в следующий раз. Узнай, – Лукина с усмешкой на него посмотрела.