Здравствуйте, я ваша ведьма!

Решив внять гласу разума, я вышла за ворота стоянки дилижансов и повертела головой в разные стороны. Да уж… Колоритное местечко. Или мне просто так несказанно повезло, не знаю уж. И, судя по взглядам разных типов, они считали, что и им повезло. Угу. Жабьего поносу вам могу бонусом отсыпать или икоты до седьмого пота. Попробуйте только сунуться.

Решив, что в незнакомом месте лучше идти направо (налево я побоялась, там совсем страшный тип стоял), я круто развернулась и потопала. Фух, кажется, пронесло! Или не пронесло?

Услышав позади себя шаги, я поторопилась.

Шаги тоже ускорились. Я пошла еще быстрее. Шаги участились. Тьфу ты, вот так захочешь по-хорошему, а не получается! Пришлось резко обернуться и настороженно оглядеть двоих мрачного вида дяденек. Ну, вернее, они смотрелись как дяденьки, а вообще-то были похожи на бандитов! Оба страшные, волосатые, бороды нечёсаные, в раззявленных ртах торчало по несколько зубов, смрад от которых я чуяла даже на расстоянии.

- Цыпа! – поманил один из них меня пальцем.

– Иди сюда, кура, пока мы добрые!

- А вы думаете, я добрая? – хмуро спросила у них, уперев руки в бока.

Тильда мне рассказывала, как ее когда-то подловили разбойники, поэтому ничего хорошего от этих двух товарищей я не ждала. Сейчас они узнают, почем фунт лиха! Незаметно шевельнув пальцами, я стрельнула заклинанием правды. Простенькое, оно, тем не менее, порой приводило к таким последствиям, что лучше его не использовать часто.

- Фу, ну ты и вонючка! – обернулся один бандит на другого.

– Смердишь, как пес шелудивый! И выглядишь также. Говорила мне мама, иди в пекари, руки в тепле, живот в сытости!

- Да ты сам смердишь! – второй набычился. – Щас цыпу обработаем, я тебе рыло начищу! Пекарем он хочет быть! Таким как ты только какашки убирать и дозволено!

- Каким – таким? – в голосе первого бандита появилась угроза.

- Таким вот уродам! – припечатал второй, осклабившись.

Так, похоже, дяденьки про цыпу, меня то есть, напрочь позабыли, выясняя, кто уродливее. Пора валить! Какое счастье, что я надела башмаки на низких каблуках, а не туфельки, что мне маменька советовала.

Спасибо, Фафнир! Спас меня в очередной раз.

Фамильяр, хоть и был ко мне привязан, в путешествие ехать отказался, заявив, что он старое больное животное, которое от малейшего движения лапой может рассыпаться в пыль. При этом это же старое животное вполне успешно таскало сосиски с кухни, а потом улепетывало с ними по крыше, умудряясь жрать на ходу и громко верещать при этом.