Царевна, спецназ и царский указ

Прислуга, что была в башне, не помня ни себя, ни долга, бросилась вниз и врассыпную – повезло тем, кто убирал в нижних горницах. Стража, напротив, пыталась прорваться наверх, где в чадном дыму оставались царица Анна и маленькая, едва годовалая наследница в пеленках. Да только красную лестницу завалило так, что и не пробраться, а в заволокшем все дыму и треске невозможно было ничего увидеть и понять.

Верная Феня, гулявшая в тот вечер по столице вблизи от царского терема вместе с мужем и Наинкой, увидев пылающий факел до неба посреди города, будто обезумела.

Выпустив липкую от леденца ручку дочери, она опрометью кинулась туда – к горящей башне. Будто было вчера, вставали перед ее глазами кошмарные картины из прошлого – другой пожар, поглотивший всех ее близких, оставивший ее сиротой, и черный обгорелый остов родного дома, оставшийся после него. И все, кого она не могла, не умела спасти – мать, отец, сестра, братишка. Теперь жадный огонь пытался сожрать ту, что подарила ей новую жизнь, иную судьбу, что приняла и приблизила, ту, что стала роднее и важнее всех на земле. Ту, кому она была обязана всем – включая мужа и дочь.

Следом за Аграфеной, пытаясь остановить и не успевая, мчался Гаврила. Растерянную, оставшуюся в одиночестве восьмилетнюю Наинку подхватил за руку кто-то из прохожих.

Феня же в своем безумном порыве вихрем промчалась мимо всех людей с ведрами воды, мимо кашляющей от дыма стражи – и ворвалась прямо в рушащуюся на глазах башню, будто заговоренная, успевая каким-то немыслимым образом проскочить под падающими балками и не заметить сыплющихся искр, и полетела вверх по черной лестнице, где не было ковров, а потому и чада оказалось меньше.

Анна рано ложилась спать – а значит, слуг рядом с ней не было.

Свою госпожу Феня нашла уже без сознания и тщетно пыталась ее растормошить или хотя бы отволочь туда, где будет безопасно. За этим занятием ее и настиг Гаврила.

– Неси госпожу на воздух, – коротко и сухо прокаркала она.

– Я следом – только деточку заберу….

Гаврила, уже ничего почти не видевший в дыму и не понимавший, подчинился – подхватил на руки бесчувственную царицу и поволок вниз. А Феня помчалась дальше – на самый верх по осыпающимся ступенькам, стараясь не оглядываться на бездыханные тела нерадивой служанки и няньки – может, и можно было бы их спасти, да только не вынести всех одной Фене. Своей бы жизни хватило.

Царевна Алевтина родилась под счастливой звездой.