Эльфийская кукла

Едва я вошел в холл, как хозяин с самой любезной улыбкой двинулся мне навстречу и сообщил, что мои пожелания выполнены в лучшем виде.

- Какие пожелания? – не понял я.

- По поводу номера, мессир. Отныне королевские апартаменты в вашем полном распоряжении.

- Королевские… - До меня начало доходить, что происходит. – Это Шамуа распорядилась?

- Ваша дама заявила, что такой достойный человек, как ее любимый господин, не может и дальше прозябать в однокомнатном номере без ванны и с кроватью без балдахина.

- Так. И сколько мне будет стоить этот королевский номер?

- Сто двадцать пять дукатов в день, милсдарь… - Хозяин осекся, потому что заметил, что происходит с моим лицом. – Вам плохо?

- Нет-нет, все просто замечательно. – Я вспомнил, как полчаса назад с пеной у рта торговался из-за пятнадцати дукатов и вздохнул. - Где Шамуа?

- Она уже вселилась в апартаменты. Желаете, чтобы вас проводили туда?

- Да уж, извольте.

Я на ватных ногах поднялся на второй этаж вслед за боем и оказался у дверей в свою новую резиденцию. Номерок был пятикомнатный и пошло-шикарный, весь в зеркалах, лепнине, багетах, гардинах и картинах, ну прям тебе декорация к фильму о временах всяких там Людовиков Французских. Шамуа восседала среди этой провинциальной роскоши, одетая в своей обычной манере – минимум одежды и максимум косметики и украшений.

- Ах, господин! – Она со счастливой улыбкой бросилась ко мне навстречу и присела в глубоком реверансе.

- Шамуа, - сказал я с металлом в голосе, - разве я говорил, что хочу съехать с прежней квартиры?

- О, господин Арне! Прошу прощения, но разве может такой знатный, благородный и уважаемый человек жить в крошечной комнатке, где нет даже хорошей ванны?

- Может, Шамуа. Может. И знаешь, почему? Потому что моя прежняя комната стоила мне десять дукатов в сутки. А эта обойдется нам в сто двадцать пять дукатов.

- Деньги не главное, - заявила Шамуа с убежденностью заправского мота. – Зато теперь у господина Арне есть медная ванна с подогревом, настоящие зеркала и кровать с балдахином и шелковыми простынями.

- Шамуа, я солдат. Мне в бубен не колотились все эти зеркала, шелковые подушечки, картинки с голыми бабами на стенах и вазочки на столе. А вот деньги мне очень нужны, и у меня их не так много.