Птичка Воробей

– Вставайте, дира, сейчас я вам буду делать предложение. Вы же этого хотели?

Я встала и, следуя тихим указаниям, протянула левую руку ладонью вверх. Положила её на его ладонь. Оба наших клейма оказались на одной линии, и чаша ладоней между ними.

– Я, лорд Эдмонд Пруора, делаю официальное предложение Эвалин Перри, и прошу её стать моей женой по законам этого мира и перед лицом Светлых богов по достижении ею совершеннолетнего возраста.

Подогреваемая его магией тёмная капля отделилась от моего клейма и заскользила по коже на руке в сторону его именного знака.

Пока она двигалась, у меня было время подумать над своими словами магической клятвы. Если верить книгам про попаданцев, магия – вещь серьёзная. Одного неверно сказанного слова во время подобного действа достаточно, чтобы скрутить себя обещанием хуже проклятия на всю оставшуюся жизнь. И мучиться без возможности от него избавиться. Я же замуж за лорда ректора выходить не планировала. Впрочем, как и за любого другого представителя этого мира.

Капля достигла золотого клейма лорда и вплелась в него тонкой вязью: «Невеста – Эвалин Перри». О, как всё серьезно. Теперь всякий, кто увидит его клеймо, будет знать о нашей помолвке.

– Ваша очередь, дорогая, – ядовито прошипел сквозь зубы лорд, но я и не ожидала от него другого: тяжело быть милым, когда тебя держат под прицелом пяти воинственно настроенных гномов. Топоры–то у них явно не для красоты.

Я набрала в лёгкие побольше воздуха и, придав голосу твёрдости, четко произнесла:

– Я, Эвалин Перри, принимаю предложение и клятву лорда Эдмонда Пруора по законам этого мира и перед лицом Светлых богов.

Но оставляю за собой право ответить на него согласием либо отказом в день моего совершеннолетия.

Золотая капля отделилась от клейма лорда и поползла по его коже в сторону моей.

– Значит, я могу надеяться на… – Эдмонд сменил личину оскаленного волка, попавшего в капкан, на жалобную мордочку печального спаниеля.

– Вполне, – тихо хмыкнула я, наблюдая за движением капли.

– Взятки и мелкий подхалимаж поощряются.

Я готова была поклясться, что явственно услышала тихое радостное поскуливание, вырвавшееся из горла лорда ректора. Мужчина заметно повеселел. Капля доползла до моего клейма и вплелась в него витиеватой золотой строчкой, обдав меня жаром на прощание: «обещание лорду Эдмонду Пруора». Вот так вот, НЕ жених.

Над нашими ладонями распустился светящийся золотой цветок с серебряными прожилками.