Оффлайн Ведьма

Психу даже показалось, что на Мочалине была та же клетчатая рубашка, что и в прошлый раз.

Серафим смотрел на него таким грустным, перепуганным взглядом, что Сергей лишь тяжело вздохнул и придержал язык. Просто понимал, что его ехидство и прозвища из разряда «плачущий извращенец» запустят очередной виток беганья по коридорам, а Сергей от этого уже порядком так устал.

— Доброе утро! Сер… ргей П… Павлович! — заикаясь поприветствовал парень.

И Серёжа, распахнув перед ним дверь широким жестом, произнёс:

— Заходи.

Мочалин, понурив плечи, вошёл в кабинет.

Надо заметить, что Серафим на самом деле был достаточно высоким парнем, вот только из-за внутренней зажатости и стеснения он вечно сутулился и вжимал голову в плечи, отчего казался меньше, чем есть на самом деле. Наверное, из-за этого и Сергей воспринимал его если не как ребёнка, то как зажатого, закомплексованного подростка точно. Что было даже странно, потому что у Сергея были знакомые подростки и ему пару раз приходилось собирать фокус группы для тех или иных проектов.

Псих сел в кресло и жестом предложил Серафиму сесть не против. Кабинет у Серёжи был лаконичным и простым: из стекла и хрома, без каких-либо личных вещичек. И, пожалуй, самым ярким пятном здесь являлись рубаха Мочалина и его рыжая шевелюра, которая в лучах утреннего солнца, заливающего комнату, отливала желтизной.

Дождавшись, когда Серафим сгорбившись усядется на офисный стул, Сергей спросил:

— Ты передумал?

— Сергей Павлович, сколько я буду зарабатывать? — вторил ему Мочалин, почему-то избегая смотреть в глаза.

Этот вопрос так не вязался со всеми их предыдущими разговорами, что Сергей не сразу нашёлся с ответом. Раньше они говорили только о том, будет ли Серафим рисовать комиксы для «Блокнета». Эротические комиксы. Сергей на этой почве и обрабатывал Серафима, Ида параллельно искала автора, который смог бы правильно выстроить сюжет, Дима же настраивал читалку, чтобы она подходила не только для тестовых форматов, но и для комиксов.

Сергей вместе с пареньком прошёл несколько кругов хождений туда и обратно, и за всё это время Серафим ни разу не поднял финансовый вопрос. Псих даже не знал, что ответить. В вопрос выплат авторам он никогда не вникал, этим полностью заведовала Ида — у них с Димой была какая-то безумно сложная система расчётов.